Действие снов всегда происходило в Гюльспонге, в доме в Люккебу с Бетти Лагер, иногда живой, иногда мертвой. Часто летом, ранним утром или ночью, когда туман лежал на полях и роса на траве, и всегда одно и то же чувство паники, погибели и катастрофы. Новым моментом было появление мужчины без лица. Как бы хорошо ей ни удавалось вытеснить все это днем, ночью видения возвращались с удвоенной силой.
«Кажется, все возвращается».
Заснуть больше не получалось, в голове стучало. Каждый удар пульса отдавался болью. В конце концов Чарли поднялась и откопала в сумочке одну таблетку собрила и две таблетки ипрена.
Она не сможет работать, если не поспит еще несколько часов.
Когда она проснулась три часа спустя, от головной боли не осталось и следа, а собрил мягко запеленал чувство паники в спасительное покрывало временного спокойствия.
«Сегодня, сегодня мы найдем разгадку», — подумала Чарли, и тут загудел мобильник. Звонила Стина.
— Нам позвонили, — сказала она. — Похоже, нашелся Бюле.
Мужчина в костюме лесоруба и рвущаяся с поводка подружейная собака встретили Чарли и двух экспертов-криминалистов, Кристоффера и Филипа, на своем хуторе в Весе, в нескольких милях от Карлстада.
Кратко представившись, как Оке Эрикссон, хозяин велел собаке сидеть и молчать. Потом он рассказал, что собака убежала и вернулась с окровавленным носом. Он подумал, что она завалила какого-то зверя, и пошел за ней в лес. Там он и обнаружил тело.
— Далеко? — спросил Кристоффер.
Они с Филипом оба оказались неразговорчивы.
За двадцать минут дороги на машине от Карлстада до Весе они произнесли лишь по паре предложений. «Вероятно, человек становится таким от этой работы», — подумала Чарли.
— Километр, не больше, — ответил Оке, указав в сторону леса. — Но зрелище так себе, — предупредил он, когда они подошли вплотную к лесу. — Я всю жизнь имею дело с падалью и мертвыми животными, таким меня довольно трудно удивить, но люди — это совсем другое.
Он пригнулся, проходя под веткой сосны. Собака быстро унеслась вперед.
— Вы должны взять ее на поводок, — сказал ему Кристоффер.
— Да, точно, — ответил Оке. — Стой! — крикнул он собаке. — Ко мне!
Через несколько секунд собака вернулась и дала взять себя на поводок.
Чарли чувствовала, как сердце бьется чаще по мере того, как они заходят все дальше в лес. Она огляделась. Вокруг поросшие мхом камни и еловый лес. Легкий утренний туман еще лежал на земле.
«Это эльфы, дорогая моя. Эльфы танцуют».
Внезапно собака остановилась.
