Полшага назад, взмах…
Тоже не получилось. Вернее, получилось как всегда. Сергей покосился на Избора. Ведун взирал на ученика рассеянно, по-птичьи наклонив голову, ссутулившись. Очень странная поза. А еще Избор молчал, что для него нехарактерно. И, похоже, он не просто так стоял. Делал что-то.
Сергей попытался расфокусировать взгляд. Видеть невидимое…
Не увидел. В конюшне заржал Мар. Ударил копытом в стену.
Избор выпрямился.
— Иди облачись, — сказал он Сергею. — Гости к нам. Издалека.
Гости были и впрямь издалека.
Целый князь со свитой. Правда, князь так себе. Самоназванный. Из лесовиков.
Приехали с подарками. Целые сани даров притаранили. Сами в мехах, ростом невеликие, коняшки мелкие, лохматые, чуть покрупнее оленя.
Встречал их не Избор, а полуволк. Уселся в воротах. Этакий живой предупреждающий столбик.
Гости поняли правильно. Внутрь заезжать не стали. Спешились.
Избор потомил их полчасика, потом вышел. Вместе с Сергеем, которому он сказал:
— Со мной пойдешь.
С ним так с ним. Сергею и самому любопытно.
У ведуна для каждого знакомца и незнакомца было свое отдельное поведение.
Волчок убрался, приглашая войти.
Внутрь вошли шестеро. Причем две женщины. Предводительствовал крепыш в мехах. За пояс заправлен топорик, на груди — что-то вроде лунницы в виде птички с распахнутыми крыльями и мелкой головкой. Серебро с позолотой по краям, красные глазки-камешки. Да, этот, несомненно, главный. А те двое — охрана, похоже. Здоровенные, волосатые, копья не уступают весом нурманскому хогспьёту.
Пусть главным и был крепыш с лунницей-птицей, однако первым, помахивая чем-то вроде метелки из лисьего хвоста, шествовал четвертый. Надо полагать, колдун или жрец: увешан костяными и каменными оберегами по самое оно, еще и в бороду пегую вплетено полдюжины. На шапке обруч бронзовый с рожками пристроен. Вряд ли с целью от удара защитить. Тоже жреческая хрень какая-то. Точно не волох и не сварг. Кому служит, Сергей не опознал. В общем, какой-то лесной шаман[2]. Сергей в этом особо не разбирался.
А вот Избор оказался в курсе. Неуловимое движение руки, и в утоптанный снег перед жрецом воткнулся ножик. Не тот булатный, что Сергей преподнес наставнику, а обычный. И — небрежный взмах кистью: отхлынь.
Не послушался, дурачок. Некоторое время шаман с Избором бодались взглядами…
Наконец гость дободался. Избор ухмыльнулся неприятно, шевельнул пальцами за спиной и уронил:
— Варт, забери жизнь кебуна."
"— С удовольствием, — Сергей потянул наружу синдский клинок.
