* * *Утренняя яичница была готова. Теперь надо посыпать зеленым лучком, и необычайный харч богов готов. Хорошо бы под такую закусь принять стопарь, но надо было утром ехать на машине по делам, а полковник Ельцов, даже будучи в свое время начальником МУРа, никогда такого не позволял. Поэтому запивал он фирменную яичницу сладким чаем."
"Конечно, без Юрки завтракать скучновато. Любимый племянник все чаще оставался на ночевку у Ирины. Она нравилась Ельцову-старшему. Умница, красивая, в Юрку влюблена, как кошка. Пусть погуляет, присмотрится.
Наверняка ничего серьезного из этого романа не получится. Но важен сам роман, его захватывающие страницы. Сколько их было у него. Не счесть! И каждый приносил новую, еще не изведанную радость. Да и нынче Игорь Дмитриевич еще не списал себя в архив. Была милая дама, с которой он встречался. Они любили посидеть в ресторане, а потом, по заведенной традиции, ездили на Сретенку к Сереже.
Так что к новому увлечению племянника он относился с поощряющим спокойствием. Он словно чувствовал, что не пришло еще Юркино время.
Не появился человек, который смог бы заполнить его жизнь.
Но любовь любовью, а дела-то стоят. У него дома лежали записи допросов Кретова и Ястреба, даже их собственноручные признания. К сожалению, маляву Ястреба нельзя было «подшить к делу», не вовремя умер ушлый вор, но на магнитофон наговорил он много занимательного.
Вчера Игорь Дмитриевич позвонил своему дружку, уже бывшему зампрокурора, а ныне директору института, пригласил к себе и за рюмкой дал почитать и послушать откровения уголовников.
— Ты же прекрасно понимаешь, Игорь, — сказал бывший зам, — для того чтобы возбудить дело по пересмотру приговора Юрки, этого мало. В прокуратуре никто этим заниматься не будет. С МВД ты и сам связываться не захочешь. Есть один путь. Леня, считай, живой труп. Вокруг трона идет война не на жизнь, а на смерть. Рытов со своей командой поддерживает Гришина.
— Но у него дела неважные, как я слышал. КГБ трясет торговлю.
— Правильно. Это самое уязвимое звено московского лидера.
Но с ним Щелоков, Рытов, Долгих и вся областная сволочь. Царьки местные, которые заворовались и боятся ответа, так что эти документы для генерала Михеева станут подарком. Ты его знаешь?
— Видел один раз, но с его замом Бариновым водку пили.
— Вот и пригласи его на рюмашку. Конечно, если бы меня не сняли после жалобы этой сволочи Медунова, все было бы иначе. А теперь я могу только советы давать.
Советовать и сам Ельцов мог.
