Я старательно выполняла свои обязанности все это время и не собиралась оставлять ему честно заработанное.
— Получишь, — буркнул он, сердито черкая в накладных.
Не знаю, что именно сказал Ремизов, но Валера проникся. Так сильно проникся, что аж руки тряслись.
— Спасибо вам. Вы самый лучший работодатель на свете.
Он стрельнул в мою сторону диким взглядом, но ничего не сказал. Не посмел. Потому что одно дело наезжать на одинокую девушку, за которую некому заступиться, и совсем другое – на ту, у которой за спиной стоит сильный мужчина.
Уходила я с легким сердцем. Это была та работа, которую не любишь, но на которую надо ходить, чтобы не подохнуть от голода. И я была рада, что она осталась в прошлом.
Марат сдержал слово. Вечером у меня и правда было несколько вакансий на выбор. Конечно, не что-то руководящее и особо ответственное, но гораздо лучшее, чем было у меня прежде. В основном это были должности младших помощников, с которыми я вполне могла справиться в силу своего опыта.
— Пока выбирай из этого, — сказал Марат, — я всех знаю лично и гарантирую, что таких персонажей, как твой бывший начальник в этих местах нет.
Если хорошо себя покажешь, то через полгода-год начнешь подниматься по карьерной лестнице.
— Я постараюсь, — ответ прозвучал с улыбкой несмотря на то, что внутри дрогнуло после слова «год».
Возможно, к тому времени я получу карьерный рост, а мой муж свободу от фиктивных обязательств. И все будут счастливы. Это ведь здорово, когда все счастливы?
Конечно, здорово.
Только почему-то вечером, когда мы с Маратом смотрели дурацкую комедию и смеялись чуть ли не до слез, мне отчаянно не хотелось думать о том, что будет с нами через год.
Вместо планов о будущем, я руками и ногами цеплялась за наивное и немного глупое «здесь и сейчас».
Глава 6
В офисе пришлось отрабатывать положенные две недели. Это было неплохое место и люди неплохие, так что подвести их внезапным уходом я не могла.
Марат к моему желанию сделать все достойно отнесся с пониманием:
— Не переживай, тебя дождутся на новом месте.
Почему-то я действительно не переживала. Узел, вечно пульсирующий в груди, куда-то исчез, и мои тревоги, которые порой утомляли сильнее, чем все работы вместе взятые, незаметно сошли на нет.
Я понятия не имела, как ему это удавалось. Как за наше короткое знакомство Ремизов умудрился оказаться так близко? Заполнить своим присутствием и своей заботой все вокруг? Не грубо, не напором, а как-то естественно и незаметно перекраивая мой мир.
