Будучи мелкой и бестолковой, я верила ему. Молчала обо всех наших разногласиях, обо всем его свинстве и некрасивых поступках в мой адрес, потому что боялась: вдруг пожалуюсь и что-то плохое случится.
Так глупо…
Но в детстве это казалось страшным. Я не думала о том, что это манипуляции. Я и слова-то такого тогда не знала. Просто верила и держала язык за зубами.
Время шло, дети выросли, манипуляции стали жестче и злее.
И, к сожалению, мне не хватило сил прекратить все это, вырваться из-под контроля дорогого брата.
Он все так же держал меня на привязи, потому что привычка молчать, чтобы никому не навредить, въелась мне на подкорку.
Даже сейчас, выйдя замуж за Ремизова, я чувствовала себя на крючке. Потому что «Вокруг ябед все мрут».
Жестом подозвав официантку, я заказала зеленый чай и безе.
Матвей только усмехнулся и продолжил сосредоточенно хлебать густой борщ.
Время шло, мы молчали, и единственное чего мне хотелось – чтобы побыстрее закончилось это безмолвное представление, сакрального смысла которого мне все равно не понять
— Слышал, ты ушла из продуктового? — наконец, поинтересовался он в перерывах между глотками кофе.
Держу пари, об этом ему доложили в тот же день.
— Ушла, — покорно согласилась я.
— Зря. Твое место было. Просто сто процентное попадание в яблочко.
Я не смогла удержаться от иронии:
— Раньше ты говорил, что для меня самое «яблочко» это драить полы где-нибудь в доме престарелых.
— Точно, — он щелкнул пальцами, — забыл.
Его показная веселость меня давно уже не обманывала.
За улыбкой скрывались ядовитые клыки, и я с содроганием ждала, когда он пустит их в ход.
— Со второй работы тоже собралась уходить?
— Отрабатываю последние дни.
— И что дальше? Собралась сидеть на шее у мужа?
— Работать буду.
— Где? — хищный взгляд тут же впился в меня.
***
— А разве тебе еще не доложили?
Судя по тому, как раздраженно дернулась его щека – не доложили. Брат понятия не имел, куда я собралась устраиваться, и сам факт того, что это было ему не подконтрольно выводил его из себя.
— Решила поиграть в угадайку?
— Нет. Я просто пытаюсь понять, откуда такой интерес к моей работе? Тебе же всегда было плевать с высокой колокольни на то, где я, что со мной и чем занимаюсь.
Брат прошелся по мне тяжелым, ничего не выражающим взглядом и сказал:
— Ты права. Плевать. Просто хотел убедиться, что ты не попытаешься соскочить и будешь исправно платить долги.
Ну естественно. Куда же без долгов.
