Передай ему…
— А может вы сами? Не используя женщину в качестве парламентера? — спокойно предложила я.
На самом деле я не такая смелая, как могло показаться со стороны. Скорее наоборот. Я из тех, кто предпочтет смолчать, лишь бы не обострять ситуацию. Предпочтет уйти, вместо того чтобы ввязываться в конфликт. Но сегодня меня будто подменили.
Это странное ощущение того, что я не одна…
Очень опасное, коварное, окутывающее со всех сторон. Оно пленило, несмотря на свою иллюзорность, дарило странное умиротворение и уверенность в своих силах.
Головой я понимала, что нельзя к нему привыкать, нельзя в нем растворяться. Все понимала, но как остановиться? Как провести безопасную черту и самой же не перевалиться через нее?
Это было сложно. И я шла на уступки с совестью и здравым смыслом, загоняя себя все глубже в западню.
Вот только сегодня Марат поможет и все. Дальше сама. Мне не привыкать самой. Справлюсь. Честно-честно.
Разъяренный Валерий все-таки взял телефон. Буквально выдрал его у меня из рук и гаркнул в динамик:
— Проблем ищешь, сопляк? Я тебе мигом организую.
Будешь вместе со своей бабой полы на складе драить…
Я не слышала, что ему говорил Март.
Мне хватало того, что я видела, как по мере разговора менялось выражение лица у начальника:
— Да я… да ты… — он пытался что-то сказать, но в силу скудного словарного запаса, не мог. Бледнел, зеленел, с каждым мигом становясь все более ничтожным, — Да у меня… Думаешь ты такой… Между прочим…"
"Тем временем я прошлась по захламленному, пропахшему табачным дымом и потом кабинету.
Посмотрела на барахло, сваленное на полках – какие-то бумаги вперемешку с пакетами, тут же старые зажигалки и мотки изоленты, какие-то детали, тронутые ржавчиной, и засохшие, слипшиеся карамельки в поблекших фантиках. Пластинки от комаров и бутылочки с дешевыми одеколонами. Вонючий беспорядок, идеально подходящий своему хозяину, который уже блеял в трубку не своим голосом:
— Я понял…я все понял…ясно…
Похоже, у Ремизова был талант убеждать.
Потому как после разговора, Валерий нервно дернул ворот растянутой, неопрятной футболки, протянул мне телефон и сказал:
— Пиши заявление и уходи.
— А как же недостача? — снисходительно поинтересовалась я.
— Уходи, — глухо повторил он, — без отработок.
Не покидая его кабинета, я написала второе заявление, которое он тут же подмахнул и швырнул в лоток с рабочими бумагами.
— Надеюсь, под расчет я получу все положенное? — не могла не уточнить этот вопрос.
