Никого другого, кроме майора Хитрова, он бы не решился посылать к «фанатику», ибо чем глубже проникал вождь в ирреальное, метафизическое явление, тем более ощущал агрессивную активность среды и тем сильнее хотелось, чтобы о его тайне не знала ни одна живая душа.
Однако бывший выпускник духовной семинарии, несмотря на свои нынешние убеждения, слишком хорошо знал известную формулу — человек предполагает, а Бог располагает. Вызванного на совещание в Ставку Жукова Верховный попросил остаться и задал ему вопрос, который уже задавал многим членам Госкомитета Обороны:
— Как вы думаете, товарищ Жуков, по какой причине самолёты противника терпят катастрофы на вверенном вам фронте?
Командующий сразу понял серьёзность и сложность вопроса.
— Такие случаи имеют место, — признал он. — Полагаю, их уже около десятка.
— Если быть точным, их уже семнадцать, и пять требуют уточнения, — расхаживая по кабинету, сообщил Верховный. — Я не хочу укорить вас, товарищ Жуков, в том, что вы включаете их в сводки сбитых.
Если эти стервятники упали на землю и не донесли свой смертельный груз до цели, значит, они… действительно сбиты. Меня интересует, кем сбиты, товарищ Жуков, с помощью каких вооружений и средств? Что вы можете сказать по этому вопросу?
Челюсть маршала ещё больше отяжелела и сильнее проступила ямка на подбородке — признак сильной и решительной натуры.
— По мне, товарищ Сталин, все равно, кто бьёт. Хоть черт, хоть дьявол, хоть Господь Бог.
Чем больше их свалится, тем меньше могил рыть…
— А почему только на вверенном вам фронте воюют против немецко-фашистских оккупантов и черт, и дьявол, и Господь Бог? Кто придавал вам все эти ударные части, товарищ Жуков?
— Я бы тоже хотел знать… Но суеверный стал, спугнуть боюсь своим интересом.
— И правильно делаете, — одобрил Верховный. — А известно вам, что в районе Боровска в ночь на восемнадцатое октября произошёл… самопроизвольный взрыв боезапаса двадцати четырех танков противника, замаскированных в лесу?
— Известно, товарищ Сталин… Артиллеристы сутки после того разбирались, кто стрелял.
— Оказалось, никто не стрелял…
— Есть кое-что ещё, кроме Боровска…. Позавчера третья танковая группа Гота предприняла наступление силами до двух дивизий, — генерал небрежно ткнул указкой в карту. — В районе населённых пунктов Теряево и Суворове на этот случай была организована засада.
