Ватажники уже ходили между ними, освобождая от доспехов, перевязывая, относя в рассыпавшийся по слободе лагерь. Здесь и своим, и чужим с равным тщанием накладывали лубки на переломы, закрывали раны болотным мхом и заматывали чистыми полотняными лентами, устраивали на телегах на мягком сене, чтобы отправить к далекому родному Волхову.
Христианское милосердие не позволяло новгородцам глумиться над захваченными в плен беспомощными врагами, пытать их, убивать, калечить. Милосердие, а также то, что за каждого полонянина после подписания мира князь Василий заплатит выкуп.
Туры, в которых никто толком не успел даже испугаться, не пострадали – полностью подтвердив правоту атамана. Москвичам это не понравилось – и надвратные башни грохнули огнем, тут же утонув в белых дымных облаках. Каменные ядра, звучно прошелестев в воздухе, вздыбили землю перед турами и слева от них.
– Следующий залп дадут только в сумерках, – предсказал Егор и окликнул вихрастого паренька, играющего рядом с ножом.
– Федька! Скажи, чтобы нам оседлали лошадей. Посмотрим, что вокруг города творится. А то как бы кто излишней инициативы не проявил.
Москва великого князя Василия Дмитриевича была белокаменной, построенной из известняковых блоков, да еще и оштукатуренной для пущего блеска. Размерами же оставалась в пределах хорошо знакомого Вожникову по туристическим поездкам Кремля. Плюс – Китай-город, вплотную примыкающий к крепости ниже по течению реки. Размерами он был такой же, как и свой старший брат, но вот таких же роскошных стен не имел.
От новгородской рати его защищали свежевырытый ров[20] и земляной вал с высоким частоколом поверху.
Проехав вдоль всех стен на дистанции перестрела, Егор ни одного пушечного ствола в Китай-городе не углядел. Но лучники тут были куда злее, нежели в самой Москве, стрел не жалели, пытаясь достать всадников через бойницы даже на предельной для себя дистанции.
– Может, здесь главный штурм устроить, атаман? – предложил Осип, едущий чуть сзади и справа.
– Здесь оборона куда как слабее.
– Это и плохо, – ответил Егор. – Возьмем Китай-город – Москва даже не вздрогнет, придется штурмовать отдельно еще раз. Возьмем каменную крепость – Китай-город и так нашим станет, от атаки из города ему не устоять. Поэтому ломать не слабое место станем, а самое прочное. Боровицкую башню у реки. Плюс еще в паре мест надобно шум устроить для отвлечения внимания.
– Как скажешь, атаман.
