Он запустил руку ей в волосы и нежно приподнял ее лицо к своему.
— Этого мало, плутовка, — прошептал он.
Она коснулась его щеки.
— Я люблю тебя. Извини, что я все испортила. Что мне сделать, чтобы ты простил меня?
— Скажи, что любишь меня.
— Я люблю тебя.
— И завтра скажи мне об этом.
Она улыбнулась:
— Я сделаю это с удовольствием и без напоминания. Я скажу тебе об этом даже два раза.
— И послезавтра.
— Я, пожалуй, смогла бы сделать и это.
— И на следующий день…
Эпилог
— Я убьюююююю его!
Эмма коснулась руки Данфорда.
— Я думаю, это вырвалось у нее случайно, — прошептала она.
Данфорд судорожно сглотнул. Его лицо выглядело бледным и измученным.
— Она уже там так долго…
Эмма взяла его за руку и потянула прочь от двери.
— Я провозилась с Вильямом еще дольше, — сказала она, — и, как видишь, все обошлось. А теперь пойдем со мной. И не надо вообще подходить к двери. Тебе может стать плохо, если ты еще немного послушаешь, как она кричит.
Данфорд позволил герцогине увести себя.
Прошло пять лет, прежде чем им с Генри удалось это. Они так отчаянно хотели малыша и ждали его, словно чуда. Но теперь, когда Генри рожала, ребенок не казался ему таким уж необходимым. Генри было больно. А он ничем не мог ей помочь. Это разрывало его сердце на части.
Они с Эммой снова спустились в гостиную, где Алекс играл со своими детьми. Шестилетний Вильям вызвал герцога на дуэль и теперь с успехом разделывался со своим отцом, а тот никак не мог дать сыну достойный отпор.
Движения сковывал сидящий на его спине четырехлетний Джулиан, не говоря уже о двухлетней Клэр, повисшей у него на ноге.
— Ну как, все уже позади? — спросил Алекс несколько легкомысленно, по мнению Данфорда.
Данфорд что-то буркнул в ответ.
— Полагаю, это означает «нет», — пришла на помощь Эмма.
— Я убил тебя! — радостно воскликнул Вильям, вонзив игрушечную шпагу под ребра Алексу.
Алекс искоса посмотрел на Данфорда.
— И ты уверен, что хочешь этого?
Данфорд опустился в кресло.
— Только бы с ней было все хорошо, — вздохнул он. — Это — единственное, что меня сейчас волнует.
— У нее все будет хорошо, — успокоила его Эмма. — Вот увидишь… О Белл!
Белл стояла в дверном проеме, несколько разгоряченная и с растрепанными волосами. Данфорд вскочил на ноги:
— Как она?
— Генри? О, она… — Белл заморгала. — А где Джон?
— В саду, укачивает Летицию, — ответила Эмма. — Как Генри?
— Все в порядке, — сказала Белл, широко улыбнувшись.
