— Как-как… — протянул Джеймс со смешком. — Ногами! С трудом, правда, но дошли — всё же не настолько мы были пьяные, чтобы уснуть по дороге. И да, секс был ещё хуже, чем поцелуй, — заявил он почти радостно. — Это уже потом мы узнали обо всех хитростях и тонкостях, а поначалу я чувствовал себя девственницей на жертвенном алтаре. Никакая порка не сравнится.
— Поначалу? — переспросил Майкл. — Лично я вообще не понимаю, как он этого можно тащиться. Это же элементарно больно, — он поморщился, вспомнив, как даже простая клизма была для него целой трагедией.
Так это ее кончик — маленький и тонкий, а не целый пульсирующий в заднице член. — Я бы себя чувствовал, будто меня на кол сажают.
— О, поверь мне, нет, — загадочно улыбнулся Джеймс. — Если всё делать правильно, то ты кончишь, вообще забыв о том, что у тебя есть член. И никакой боли.
— Поверю на слово, — хмыкнул Майкл, с удивлением обнаружив, что от этого разговора внутри начало екать. Впервые после смерти Селен. — А рассказчик из тебя и впрямь первоклассный, — выдохнул он, стараясь урезонить давно забытое волнение.
— Не понимаю, о чем ты, — лукаво протянул Джеймс. Он чуть поёрзал, устраиваясь поудобнее, сложил руки на подушке и положил на них голову. — Вот теперь я точно не усну, — пожаловался он, закрывая глаза вопреки сказанному. — Буду думать про поцелуи и секс. Но лучше уж про них, чем про горелое мясо… — он вздохнул.
— Джеймс, а ты веришь в рай? — задумчиво спросил Майкл. — Эй, не спи только! Рано еще, — спохватился он, посмотрев на так и лежащего с закрытыми глазами Маклейна.
Недолго думая, он дотянулся до его плеча и осторожно его потряс.
— Чтобы верить в Рай, нужно верить в Богов, — отозвался Джеймс слегка сонно и с трудом открыл глаза. — А какие, к черту, Боги в моей жизни? Сам подумай…
— Вот потому и спросил, — Майкл горько усмехнулся. — Похоже, мы с тобой прямо совсем в одной лодке, — выдохнул он и, вместо того, чтобы убрать руку, сжал Джеймса за плечо сильнее, а затем погладил его по руке.
— И я бы сказал тебе, что все будет хорошо, тебе еще повезет, и ты обязательно будешь счастлив, — начал перечислять он, но, переведя дыхание, остановился, — да не буду… Сам не верю в такой исход. Во всяком случае для себя.
Джеймс грустно улыбнулся и накрыл его руку своей.
— Счастье — оно разное, — сказал почти шепотом. — И никто не знает, где найдешь, где потеряешь. Я вот всё-таки верю в лучшее.
Он приподнял голову и посмотрел на Майкла в упор.
