Но едва его взгляд коснулся спящего в чужих объятьях Чу Ваньнина, как его вновь захлестнула невыносимая душевная боль, а горящий взгляд увял подобно засохшему камышу. Он поспешно отвернулся.
— Ты подумал, как же сильно он разозлится, когда очнется и поймет, что ты так долго его обманывал? — Ши Мэй ласково погладил Чу Ваньнина по щеке, после чего похожие на молодые стебли бамбука тонкие белые пальцы скользнули ниже и нежно обвели контур его губ. — Тебе ли не знать, насколько сильный характер и взрывной темперамент у нашего Учителя.
.. Ты думаешь, он сможет простить тебя?
Его слова вонзились в самое уязвимое место и, услышав их, тот, на кого они были нацелены, словно провалился в ледяную прорубь.
Простить…
Мо Жань никогда не смел желать ничего невозможного, но всегда надеялся, что ему удастся избежать страшного суда. Даже в самом страшном сне он представить себе не мог, что этот день все-таки придет.
Мо Жань поспешил закрыть глаза, спрятав их за едва дрожащими ресницами.
Среди затуманенных гор и долин неспешно плыл почти неземной голос Ши Мэя, который казался гласом небожителя, уговаривающим человека повернуть назад и не входить в юдоль скорби и бесконечных страданий:"
"— Не надо гнаться за нами, возвращайся на Пик Сышэн. Когда ты доберешься туда, сразу поймешь, о каком сюрпризе я тебе говорил, — горное эхо вторило каждому его слову. — Не противься и должным образом прими то, что я для тебя приготовил, — Ши Мэй сделал паузу, а потом, словно вспомнив о чем-то, устремил взгляд своих прекрасных персиковых глаз на стоящего под деревом человека.
— Кроме того, А-Жань, говоря по существу, мы ведь с тобой совершенно разные люди, поэтому ты никогда не сможешь принять то, что я хочу, — тепло в его голосе и этот мягкий тон невольно напомнили речь того прежнего брата-наставника, который спрашивал у Мо Жаня, вкусные ли сегодня пельмешки и достаточно ли острого перца в масляном соусе. — Я еще не потерял человеческий облик и не настолько безумен, как ты, так что без особой причины не буду вредить родным и близким людям.
Однако…
Так и не договорив, он замолчал, видимо, не желая говорить дальше.
Мо Жань тут же резко вскинулся:
— Что ты задумал?!
Заметив куда направлен его горящий взгляд, Ши Мэй посмотрел на Чу Ваньнина и не смог скрыть довольную улыбку:
— Не переживай, Учитель останется со мной. Возможно, я немного побеспокою[245.3] его, но вреда не причиню.
