Стоя спиной к Ло Фэнхуа, Сюй Шуанлинь, не оборачиваясь, для начала спросил:
— В одиночку по своей воле пришел сюда следом за мной, не боишься, что убью тебя?
— Не убьешь.
— …
— Если бы ты хотел убить меня или А-Лю, сделал бы это еще год назад.
Сюй Шуанлинь резко повернулся, в его глазах вспыхнул яркий огонь гнева:
— Это просто смешно! Ты правда думаешь, что так хорошо меня знаешь?!
Увидев его лицо, Ло Фэнхуа от изумления широко распахнул глаза:
— Твои раны…
— Не такие ужасные, как были пару минут назад, не так ли? — Сюй Шуанлинь усмехнулся.
— Что это, как ты думаешь? Боевое заклинание? Плод линчи?
Он медленно поднял руку, в которой, в самом центре ладони, лежал сиявший неясным светом перстень главы. Сжав губы, не без насмешки, зло и уверенно он сказал:
— К этому перстню привязано проклятие. После того как вы вместе с Наньгун Лю свергли меня с поста главы, это кольцо само соскользнуло с большого пальца, ведь оно знает, что я больше не хозяин Духовной школы Жуфэн. Однако, так как вы вместе подняли мятеж и узурпировали власть в ордене, оно не может решить, кого из вас признать как нового владельца.
— Ты отнял этот пост у А-Лю, само собой, перстень главы должен вернуться к нему.
Сюй Шуанлинь оскалился в довольной ухмылке:
— Я, несомненно, того же мнения.
С торжественным видом он положил перстень на ладонь Ло Фэнхуа и, ободряюще похлопав его по сжатой руке, сказал:
— Возьми и держи его крепко. Как только уйдешь отсюда, сразу же лично преподнеси моему брату это сокровище. Помни, ты должен своими руками помочь ему надеть его.
Ведь именно он истинный хозяин этого ордена.
Сюй Шуанлинь замер на миг, вглядываясь в полное скрытого страдания лицо Ло Фэнхуа.
А после склонился к нему и, понизив голос, на ухо прошептал:
— Но прежде я хочу открыть тебе одну тайну. Не бойся, в ней нет ничего темного, всего лишь героическое прошлое, и не более того.
Затем он тихим голосом неспешно поведал ему, как Наньгун Чанъин победил Гуня, и как этот монстр наложил проклятье на все последующие поколения руководителей Духовной школы Жуфэн.
Живописуя во всех деталях мучения будущего главы, он прошипел сквозь зубы полные яда слова, что словно змеиные клыки проникли в разум и плоть Ло Фэнхуа.
Он видел, как Ло Фэнхуа меняется в лице, и как округляются его и без того круглые глаза.
Он видел, как легкая дрожь сотрясает его тело, когда, потеряв равновесие, он невольно облокотился о ближайшее дерево.
В тот момент Сюй Шуанлинь чувствовал себя очень счастливым.
