— Это невыносимо, понимаете вы, невыносимо!
Лиза сорвалась и помчалась, бросив зонтик в траву. Пожалуйте управиться с истеричной особой, которой к тому же тринадцать лет! Ася слишком хорошо помнила свои тринадцать, которые ноющей душевной болью отзывались до сих пор. Она подняла зонтик и неторопливо направилась на поиски воспитанницы. Та стояла у пруда и смотрела на лебедей.
Крупная белая птица, изящно изгибая шею, что-то поправляла у себя под крылом. Девочка отвернула лицо в сторону, но по вздрагивающему, порозовевшему кончику носа легко было догадаться, что без слез не обошлось.
— Все пройдет, Лиза, — спокойно сказала Ася, отдавая девочке зонтик. — Поверьте мне, я знаю, что говорю.
— Что? Что пройдет?!
— Ваш возраст. Вы станете взрослой, и все изменится.
— Вы говорите как наставница! А ведь вы ненамного старше меня. Хорошо вам рассуждать! Вы красивы и вы свободны! И еще вы здоровы! А я… я повязана своей болезнью! То нельзя, это нельзя!
— Но давайте попытаемся думать не о том, что нельзя, а о том, что можно.
Вы слышали о поэтессе Жадовской?
— Нет.
— Между тем она наша землячка, жила в этих краях. Так вот. Жадовская родилась без правой руки. Можете себе такое представить? Она была умной, талантливой, но, как и вы, одинокой…
— Что с ней стало?
— Она полюбила. Но отец, дворянин, не разрешил ей вступить в брак с человеком из мещан.
— Как же она жила?
— Она не позволила унынию взять верх над собой. Свою любовь она переносила в стихи, рассказы. В свое творчество.
Потом она все же вышла замуж, вероятнее всего — без любви, продолжала писать. Хотите, я прочту ее стихи?
— Да.
Ася по памяти прочла несколько строк из Жадовской:
Любви не может быть меж нами.Ее мы оба далеки,Зачем же взглядами, речамиТы льешь мне в сердце яд тоски?Зачем тревогою, заботой с тобой полна душа моя?Да, есть в тебе такое что-то, чего забыть не в силах я…— Что же вы мне прикажете — стихи писать? — не очень уверенно, но пытаясь попасть в прежний тон, поинтересовалась Лиза.
— Я думаю, прежде всего вам нужно заняться своим здоровьем.
— Я только это и делаю!
— А мне сдается, что вы не пытались заняться закаливанием, плаванием, гимнастикой."
"— Мне и в голову не приходило… Вы думаете, доктор разрешит?
— Я поговорю с вашей матушкой сегодня же.
Ася сдержала обещание. Она приготовилась к некоторому сопротивлению, но, удивительное дело, все прошло гладко.
Ася застала Ирину Николаевну в библиотеке в обществе доктора.
