– Мы на месте… – проговорила, желая поскорее от него избавиться.
– Вижу. Ты неплохо управляешься с ландо. Удивительно!
– И что удивительного ты в этом нашёл? – обречённо выдохнула я, понимая, что разговор состоится прямо сейчас.
– Ты такая самостоятельная, уверенная, лошади были тебе послушны. Раньше ты такой не была. Помнится, ты их даже боялась…
– Я же не на них еду, а только управляю, – повела плечом, в очередной раз поминая настоящую Энессию, – тут до них ещё приличное расстояние, они своими зубами до меня точно не достанут.
– Ну-ну…
– Ты надолго к нам?
– Думаю, что задержусь…
– Задержишься?! Зачем?"
"– Думаешь, известие о том, что я стану рогоносцем, должно меня обрадовать? К тому же, не этого ли ты добивалась?
– Добивалась?.. – озадачилась я. Ответ ускользал от моего понимания.
– Конечно! Когда ярость улеглась, я понял, для чего ты написала.
– И для чего же? – с опаской задала вопрос, понимая, что ответ мне не понравится.
– Конечно же, чтобы я приехал! Тебе понадобился год, чтобы придумать весомый повод.
На твои жалкие попытки вернуть меня я бы не повёлся, а так – пожалуйста, приехал…
– Это не так!
– Не нужно стесняться, моя дорогая, мы, как-никак, не чужие люди. Я точно знаю, что ты меня любишь. Такие чувства не исчезают, они могут только умереть. Потому, пока дышишь, ты будешь любить меня. Я же, глядя на тебя теперь, думаю позволить тебе это.
– Позволить?! – дикий смех сорвался с моих губ, удержать в узде эмоции я не могла, даже слезинки выступили на глазах. – Всем бы такую самооценку, как у вас, уважаемый лорд д’Эбре! Неужели все драконы такие упёртые нарциссы?!
Отсмеявшись и промокнув слёзы тонким кружевным платком, на котором были изящно вышиты мои инициалы, я продолжила:
– Считай, что прошлая Энессия умерла в тот самый день, когда упала с лестницы.
Я её чувств не разделяю. Смотрю на тебя и ничего не чувствую. Хотя после сцены в ресторане во мне поднимают голову ярость и раздражение. Мне не нравится, когда меня хотят убить.
– Это недоразумение, – поморщился он, перебивая меня, – не сдержался.
– А где гарантия, что в следующий раз, когда эмоции взыграют в твоей крови, ты не придушишь меня? Живи сам и дай жить мне!
– Ты хочешь повесить на меня бастарда! – зашипел он, резко наклонившись ко мне.
– Так и ты усиленно работаешь над этим.
– Я – мужчина!
– И что?!
– Мне можно!
– Глупость. Если на то пошло, то никому нельзя, а раз в нашем браке сложилось, что тебе можно, значит, и я хочу! – запальчиво проговорила я.
