Под его головой растеклось большое темное пятно, на лбу тоже было пятно — величиной со старую двухкопеечную монету. По всей комнате был рассыпан какой-то белый порошок. Стараясь не оставлять следов, я обошла труп продюсера и огляделась. Котехов в это время прикоснулся к его шее, потом потрогал руку покойника.
— Мертв как минимум часа четыре.
— Как ты думаешь, что это такое рассыпано на полу?
Котехов осторожно подцепил на указательный палец немного порошка и понюхал его. Потом коснулся кончиком языка — и тут же начал отплевываться.
— Ну что? — спросила я.
— Сахарная пудра, перемешанная с мелом и димедролом. Пошли отсюда. Пусть те, кому положено, разбираются.
Стараясь ступать бесшумно, мы спустились вниз и вышли на улицу. Котехов тут же достал свой мобильник и быстро набрал «ноль-два». Увидев это, я с шипением дикой кошки вырвала у него из рук телефон и нажала на кнопку сброса вызова.
— Спятила?! — растерянно спросил Котехов, недоуменно уставившись на меня.
— Это ты, мой друг, спятил, — прошипела я.
— Ты своих коллег бывших плохо знаешь?! Сейчас «ноль-два» — с определителем номера! Ты не успеешь доехать до дома, а там тебя уже засада будет поджидать!
— Черт, а ведь ты права, — смущенно ответил он. — Но сообщить о трупе в любом случае надо.
— Котехов, — возмутилась я, — у тебя после общения с Арчировым последние мозги отшибло? Позвоним из автомата! А сейчас давай-ка сматываться отсюда, пока нас кто-нибудь не заметил.
Видимо, он понял, что это самое разумное решение, которое только возможно принять в нашей ситуации.
И поэтому, не говоря ни слова, Олег быстро зашагал к моей машине, таща меня за руку.
По дороге мы действительно позвонили в дежурную часть. Вернее, звонила я, так как я умею менять голоса, и сообщила, что в доме на улице Сортировочной лежит труп мужчины с огнестрельным ранением в голову. Принимавший сообщение майор попытался выяснить, кто звонит, но я быстро повесила трубку. Знаем мы эти приколы! Пока я ему самозабвенно вру, кто, откуда, да почему мне известно о трупе, меня пеленгуют, и не успею я закончить разговор, как к этому таксофону подъедет наряд ГНР.
— Все-таки я был прав, — глухо сказал Котехов, когда я, закончив разговор с полицией, села в машину и мы отъехали подальше. — Погорельцов действительно решил кинуть крупного оптовика и смыться. Скорее всего, дело было так. Партию «товара» он до Тарасова не довез, сбыл ее где-нибудь в Москве или по дороге сюда.
