Актер в нем пропадал, судя по уместности этой паузы, великий. Я промолчал, а лейтенант Футракулов не вытерпел.
– Кто встретился? – спросил Тахир.
– Вижу, впереди на дороге какое-то странное сооружение… Вроде бы и трейлер ползет, вроде бы и не трейлер. Присмотрелся при свете фар, вроде бы клетка с каким-то зверем.
– Гиппопотам! – первым догадался я.
– Точно. Он самый… А впереди вторая такая же машина. Только в передней клетке бегемот перевязанный. Раненый он. Лежит, как я при обгоне заметил. Я трейлеры, значит, обогнал, и товарищ подполковник приказал мне перед ними затормозить.
И сам из машины вышел, помахал рукой, требуя остановиться. А дальше уже товарищ подполковник сам расскажет, я его разговор не слышал.
– А что тут рассказывать, – Ягужинский, оказывается, умел быть скромным. – Я дрессировщице из первой машины – это была немолодая женщина – объяснил, в какую ситуацию мы попали. Она сказала, что ее бегемот ранен пулей крупного калибра, и приказала сыну, ехавшему во второй машине, своего зверя выводить.
Тот вывел и угнал бегемота в темноту, а мы ждать стали. Скоро показались фары пикапа. Автомобиль остановился метрах в пятистах от нас, и пулеметчик дал очередь. Только одну короткую, словно прицелочную, и успел дать, как вдруг на него сбоку какая-та темная туча налетела, подбросила и смяла, стала в ярости ногами топтать. Разумеется, это был бегемот. Сын за раненую мать рассчитывался. Оказалось, эти бегемоты – мать и сын, как и дрессировщики. Бегемотиха – мельче, сын – крупнее. И всегда матери подсобляет.
Такой вот дуэт. Две матери и два сына. Я потом уже узнал, что раньше у дрессировщицы мужа убили. Так она всю его пенсию тратила на лакомства для бегемотов[20]. А они оба ее любили.
– А дальше? – спросил я.
– Дальше мы на главную дорогу, от греха подальше, вернулись, пристроились за танковой колонной и едва-едва плелись за ней. Я за рулем чуть не засыпал, – ответил сержант-водитель.
Глава седьмая
Мы подъехали к главной дороге и ждали там свои автобусы. Наконец автобусы нас нагнали, и мы вклинились в непрерывный поток автотранспорта.
Вскоре мы свернули в сторону здания аэропорта, неподалеку от которого располагался и палаточный городок, где две палатки были отведены моему взводу. А главный поток машин двигался дальше, в сторону города Хмеймим. Уазик свернул в сторону штаба. Я так понял, что Ягужинский собирается допрашивать пленника в моем присутствии и в присутствии лейтенанта Футракулова, используя знание арабского языка моего замкомвзвода.
