"Дмитрий Светлов
Конкистадоры
Пролог
Бояре, низко кланяясь, входили в палату. Князь Иван Шуйский приветливо встречал каждого входящего. Здесь не было чужих, род Шуйских собирался на семейный совет. Василий Скопин-Шуйский после поклона отрицательно качнул головой, но глава рода тихо шепнул:
— Нашлись корни, не волнуйся.
В ответ Василий только вздохнул. За последние двадцать лет в многочисленных битвах на восточных и западных рубежах бесследно сгинула почти дюжина из колена Скопиных-Шуйских. Те, кого не нашли среди мертвых.
Пленных родичей Шуйские всегда выкупали. Для входящих причина сбора родового совета была очевидна. Бурлила вся Москва, патриарх распорядился выставить в Архангельском соборе заморские дары. Накануне из Риги пришел большой обоз с дарами патриарху. Двадцать телег серебряных денег, десять телег золотых монет, десять телег серебра в слитках и десять телег золота в слитках. Среди сундуков с золотом и серебром стоял ларь с драгоценными камнями. Сейчас перед собором собралась огромная толпа.
Москвичи так не ломились даже на пасхальную службу. Всех переполняло желание своими глазами увидеть присланные сокровища. Но самое важное заключалось в том, что сегодня должны объявить имя щедрого дарителя.
Не успели все Шуйские расположиться в палате по старшинству, как вошел боярин Дмитрий Бельский. Неслыханно! Старая вражда стояла между двумя знатными родами. Если Шуйские вели свой род от Александра Невского и были истинными Рюриковичами, то Бельские являлись потомками великого князя Гедиминаса.
Федор Иванович Бельский в 1480 году покинул Литву и получил земли в России. Следом за Дмитрием Федоровичем в палату вошли его братья, сыновья и другие родственники. На лицах присутствующих появилась растерянность. Они не знали, что накануне Иван Шуйский лично пригласил в свой дом род Бельских, впрочем, причину не назвал. Постепенно в палате воцарилась тишина, князь Иван Шуйский продолжал сидеть молча. Значит, еще не все, должен прийти кто-то важный, но кто? Из лучших людей остался только род Глинских, ведущий свою родословную от хана Мамая.
Но князю Полтавских земель нет дел до семейных проблем Шуйских или Бельских.
Дверь тихо открылась, в палату вошел патриарх, во всех головах пронеслась одна мысль: «Опять будет мирить». Благословив присутствующих, Макарий скромно сел в красном углу:
— Начинай.
Иван Шуйский вышел на середину. Собравшиеся князья с удивлением заметили, что глава рода Шуйских сильно волнуется.
