Откинув полог, Мамору вышел наружу. Холодный утренний воздух резанул кожу, унося остатки сна. Земля под ногами была влажной, не успев подсохнуть после ночной росы. Они отошли от лагеря, и по пути Талила заметила Такахиро, который проводил их взглядом, полным молчаливого осуждения.
В какой-то момент Мамору выхватил свой меч, плавным движением вытянув его из ножен. Лезвие блеснуло в предрассветном свете, и он сказал.
— Начинай.
Талила ощетинилась и крепче сжала рукоять катаны. Она бросилась вперед, ее меч свистнул в воздухе, нацеливаясь в плечо мужа.
Но он легко отклонился, его движения были точными и почти ленивыми, как у хищника, что играет с добычей.
Она не могла этого стерпеть. Еще одна атака, потом еще, и еще — каждая яростная, но с каждым разом он блокировал ее удары с раздражающей легкостью.
— Тебе придётся стараться сильнее, — произнес Мамору, уклоняясь от ее очередного выпада.
Эти слова вспыхнули огнем у Талилы внутри, прошлись огненными иголками под кожей, заставили кровь едва ли не вскипеть.
— Не смей считать меня слабой! — выкрикнула она, чувствуя, как жар прилил к щекам.
Талила скользнула влево, чувствуя, как с каждой минутой ей все легче и легче двигаться. Почти забытое чувство свободы начинало просыпаться в ней, и если закрыть глаза и не смотреть на оковы на запястьях, она могла представить, что стала по-настоящему свободной...
Талила нанесла удар сверху вниз — резкий, уверенный.
Мамору парировал, но его глаза на мгновение вспыхнули.
Это был знак, что она все же сумела его удивить.
— Неплохо.
В его голосе прозвучал намек на одобрение, но оно тут же исчезло. Он сделал шаг вперед, вытянув клинок в молниеносной атаке, от которой Талила едва успела увернуться.
Его слова задевали ее гораздо сильнее, чем ей хотелось бы.
Перед глазами отчего-то мелькнуло лицо отца... Как он гонял ее по тренировочной площадке, осыпая насмешками и оскорблениями.
Но с Мамору все было бы словно иначе, и Талила гнала от себя прочь мысли, которые лезли ей в голову.
Не сейчас.
Тело откликалось на каждое ее движение, на каждый выпад. Мышцы налились приятной усталостью, дыхание участилось, сердце стучало в такт их поединка. Каждое столкновение клинков отдавало дрожью в руках, но это не было неприятно.
Напротив, это было упоительно, захватывающе.
Она снова чувствовала себя живой.
Талила не замечала ничего вокруг.
