А не он ли сам все подстроил?.
Муж бесконечно долго смотрел на нее, словно хотел что-то прочесть в бесстыжем, вызывающем взгляде.
— Ступай в свои покои, — наконец, обронил он и махнул рукой, подозвав ее стражей. — Проводите госпожу Талилу. Она устала.
Один из них осмелился возразить, и она поняла, что тот был ближайшим сторонником ее мужа. Иначе не стал бы оспаривать его прямой приказ.
— Император будет недоволен, — тихо заметил стражник, и Талила навострила уши. — Он хотел, чтобы...
— Я отдал приказ, — отрубил Мамору, сузив глаза от гнева.
Мужчина поспешил приложить к груди сложенный кулак и склонился.
— Прошу простить меня, господин.
Клятвопреступник небрежно махнул рукой и отвернулся.
Все время, пока Талила шла по коридорам дворца в сопровождении двух стражников она чувствовала на себе яростный, ненавидящий, пронзающий насквозь взгляд того, кто возразил ее мужу.
Талила привыкла к тому, что ее рассматривали, словно диковинного зверька. Но этот случай был особый. Потому что точно таким же взглядом она сама смотрела на Клятвопреступника.
Человека, которого исто ненавидела. Человека, чьей смерти желала.
А теперь его приспешник почему-то смотрел на нее так, словно она убила кого-то из его родных.
***
В ту ночь Клятвопреступник не пришел в их покои.
А утром служанка вновь достала из встроенного шкафа сменную одежду.
Глава 4
Талила сидела на скамье в саду, любуясь отражением цветущих вишен в спокойной поверхности пруда.
Где-то на глубине медленно исчезали мелкие куски бумаги, на которые она изорвала обе записки.
Из-под своих оков она вытащила их потрепанными, и часть надписей была смазана ее кровью, но главное Талила смогла разобрать: она была не одна.
Ей писали, что ей помогут.
Помогут сбежать из дворца.
Но она никому не могла доверять. Она не знала даже, кто передал ей эти послания. Глава императорской охраны был столь убежден, что он найдет их у нее, что Талила невольно задумалась: не подстроил ли он это? Не попытался ли заманить ее в ловушку, чтобы потом поймать и доложить Императору?
Но зачем ему это?.
.
Талилу же не казнят. Пока не казнят. Пока она последняя из рода. Пока не родила сына, на которого так сильно надеялся Император.
Ивакура хотел выслужиться? Но он уже глава личной охраны Императора. Почетная должность, которая принесла ему уважение. Наделила его властью.
Талила вздохнула и посмотрела на свои ладони. Она не видела Клятвопреступника с вечера, и никто не явился, чтобы надеть на нее цепи.
