Ее щеки чуть порозовели от смущения, но Талила не дрогнула. По груди разливалось невероятное, безумное тепло. Она рыдала от ужаса несколько минут назад и содрогалась в его руках, а теперь ей хотелось смеяться. А ведь Мамору только что пообещал ей новую войну. Против Императора. Ей казалось, она лишилась рассудка.
Ну, и пусть.
— Думаю, так случается, когда твой солдат — это не только самурай, но еще и твоя жена.
Лишь безумием могла она объяснить свой полный дерзости ответ.
Слабая улыбка коснулась губ Мамору, но почти сразу же он посерьезнел.
Обернулся и посмотрел на лагерь, где жизнь продолжала течь своим чередом.
Он не знал, как начать. С чего.
— Поговори с полководцем Осакой, — почувствовав его замешательство, шепнула Талила. — Он будет счастлив.
— Предать свою клятву?
— Они все клялись тебе.
Глава 18
— Господин, в гарнизон у реки ехать должен я.
Мамору раздраженно фыркнул и бросил на своего полководца хмурый взгляд. И пары дней не прошло, как тот встал на ноги, а уже перечил ему.
Но в его словах было зерно разума. И от этого отмахнуться не получалось.
Ранним утром они собрались в просторном шатре: Мамору, Талила, полководец Осака, Такахиро и еще несколько самураев, которым можно было доверять.
Им нужно было уводить войско подальше от горного хребта, нужно было возвращаться из этой снежной блокады в Империю. И им нужно было искать людей, готовых стать частью их безумного замысла.
Мамору считал, что должен ехать сам. Он возглавляет войско.
Он принял решение. Ему за него и отвечать.
Он не удивился, столкнувшись с сопротивлением Талилы. Но разозлился, когда к ней присоединились почти все из собравшихся в шатре людей.
— Я могла бы поехать... — она как раз заговорила, воспользовавшись его затянувшимся молчанием.
— Простите, госпожа, но нет, — Осака покачал головой. — Мы не знаем, что происходило там все это время. Нет никаких гарантий... вы подвергнетесь риску.
— Мы все подвергнемся риску, — тихо возразила Талила.
Но не стала дальше спорить и замолчала, и все взгляды устремились на Мамору.
Ему претила сама мысль остаться в стороне. Отправить заместо себя полководца. В его глазах это означало переложить на Осаку ответственность. А полководец не должен расплачиваться за решения, которые принял его господин.
Но иначе не выходило.
Проклятье! Ему требовалось чуть больше времени, чтобы восстановиться. Времени, которого у них уже практически не осталось.
