Вынимает сигарету, крутит ее в руках, но так и не прикуривает, потому что я не выношу запах табака. Он вообще всегда учитывает мои желания.
Так не бывает…
Тарас настолько меня деформировал, что я уже не верю сама себе.
Заворачиваюсь в простыню, подхожу к нему, веду ладонью по рельефной спине, шее, обнимаю его сзади, ложусь щекой на спину, прикрывая глаза.
— Ты прости меня, — шепчу. Его руки накрывают мои ладони на его груди. — Я такая трусиха. Но можешь надеть мне кольцо. Только не торопи меня, и всё.
Я не вижу, но чувствую, как он улыбается.
И на мой безымянный палец надевается колечко. А потом он целует этот палец и мою руку и выдаёт мне в ладонь: «Спасибо».
Эпилог
Артур
— Тамара, почему в комнате моего второго правнука пахнет хлоркой? — рявкает дед, проводя инспекцию в детской комнате моего сына.
Сына, которого мы через час забираем из роддома вместе с моей женой. Сына, что мне подарила женщина, которую я обожаю. Сына, который родился неделю назад. И мне кажется, я еще больше стал помешан на Аделине.
Иногда даже страшно от того, насколько сильно я на ней помешан. Кажется, если ее не станет в моей жизни, то…
Даже не хочу представлять, что тогда будет. И я впитываю ее каждый день все больше и больше. Но мне всегда мало. Сначала пределом мечтаний было просто заговорить с ней, вдохнуть запах, прикоснуться. Потом — присвоить ее себе в плане интимной близости. Потом — жениться, после — родить ребёнка. Казалось, куда больше? А мне всё мало. Аделина по-прежнему в шутку называет меня маньяком.
Да, я повёрнутый на этой женщине.
— Так вы сами сказали, привести в порядок комнату, — возмущается Тамара на претензии деда.
— Я просил чистоту, а не запах химикатов, — ворчит дед.
Он еще хуже повернут на семье. Дед принял Аделину и Андрея, словно они его родные. Иногда в момент, когда у нас с ним возникают разногласия, дед на полном серьёзе грозится переписать всё свое наследство на Андрея и Аделину.
Его любимая цитата: «А тебе шиш!»
Так себе угрозы. Я, в общем, никогда не претендовал на его имущество, а если всё достанется моим детям и супруге, так это даже лучше.
— К нашему приезду всё надо перемыть чистой водой и проветрить, — снова дает указания Тамаре, закатывающей глаза. — Мой второй правнук будет здесь уже через час.
Да, мы остались жить у деда. Ему невозможно противостоять. Особенно когда он перетянул на свою сторону Аделину и Андрея. Дед так их очаровал, что я иногда ревную. Смешно.
На самом деле я его понимаю.
