) Семья жила в эвакуации в Оренбурге, сейчас воссоединились, но в данный момент благоверная с чадом убыли в Николаев к родственникам, так что Виктору Афанасьевичу ничто не мешает круглосуточно защищать покой Отечества.
– Вы живете на Французском бульваре?
– Так точно. – Булавин продиктовал номер дома и квартиры. – Послушайте, товарищ майор, я до сих пор не вполне внятно представляю…
Пришлось включить заезженную пластинку: уверить, что это обычная беседа, органы выявляют врагов советской власти, но это не значит, что каждый собеседник – враг.
Судя по биографии Булавина, он не был трусом, достойно воевал, партизаны его уважали, и все же он чего-то боялся, тщательно обдумывал каждую фразу. Отряд под его началом действовал в Приморском районе – дома, как говорится, и подземелья помогают. Активно участвовал в движении с поздней осени 1943-го, совершал диверсии на железной дороге, подрывал вражеские катера в доках. Иногда работали на пару с покойными Лизгуном и Волгиным – в частности, вместе они подожгли бордель на Малой Арнаутской, где проходила разнузданная вечеринка.
Офицеры в исподнем выскакивали из дома терпимости и попадали под шквальный огонь.
Про эту акцию Алексей слышал, погуляли тогда партизаны. Отвечать пришлось сотне мирных жителей, которых каратели поставили потом к стенке.
Вторая акция – попытка освободить евреев, содержавшихся под охраной в Прохоровском сквере. Акция не удалась, партизаны понесли потери, отступили. 9 апреля текущего года все, кто остался жив, перекрыли Приморский бульвар, по которому отступала вражеская техника.
Держались пятнадцать минут, подорвали «Тигр», он загородил проезд колонне. К сожалению, потеряли людей, вернулись в катакомбы, но свою задачу отряд выполнил: колонну задержали, потом ее уничтожили подоспевшие красноармейцы…
Последовал вопрос прямым текстом: вступал ли Булавин в отношения с партизанами Мещерского, Горобца и Коробейника? Вопрос собеседнику был неприятен.
Булавин отвечал осторожно, словно мелкими шажками шел по болоту. С Мещерским никаких дел он не имел (из отдельных реплик явствовало, что данного товарища Булавин недолюбливал еще с довоенной поры) – тот возглавлял Приморский райком, а Булавин – тамошнюю милицию. Такое случалось, люди не находили общий язык. На военном сотрудничестве это тоже, к сожалению, отражалось."
"– Да, с ребятами Сидора Фомича мы имели общие дела, – вспомнил Булавин.
