Секретарша поймала листы, снова глянула через плечо – и с любопытством, и с робостью, и с какой-то затаенной надеждой. Капитан был хорош собой, а большинству женщин сейчас так не хватало мужского внимания…
– Спасибо. Егор Филиппович, прошу простить, что отвлекла… – Секретарша еще раз глянула на посетителя и удалилась, призывно покачивая бедрами.
– Клавдия Игнатьевна, распорядитесь, чтобы никто не заходил, – бросил ей в спину Калымов. – Я занят, пусть ждут.
– Конечно, Егор Филиппович.
Дверь закрылась. Директор автобазы шумно выдохнул.
– Это поклеп, товарищ капитан, иначе не скажу… Анонимный донос? Ну, конечно, у меня хватает недоброжелателей… Взять того же Сидоренко, уволенного на прошлой неделе, – осуществлял левые рейсы на своей полуторке и тщательно это скрывал. А когда поймали, начал возмущаться – дескать, родители у него больные, сестра калека… В четвертом гараже, говорите? Этой частью автобазы заведует товарищ Рыхлин, ответственный и добросовестный сотрудник, член партии, между прочим.
Не думаю, что он устроил в своей вотчине что-то запрещенное, в это невозможно поверить. Лично мне об этом ничего не известно. Это правда, товарищ, я не лукавлю. – Калымов отчасти справился с собой и даже подбоченился. – Мы не занимаемся незаконными вещами. Я не спорю, возможно, в гараже и существует проход в городские катакомбы. Но вы же знаете этот город. Где их нет? Повсюду эти лазы, шахты. Вы вспомните, как строилась Одесса. К тому же наши здания возведены из ракушечника, а это значит, каменоломни в районе более чем вероятны, не вижу в этом ничего необычного…
– Что скажете про товарища Рыхлина?
– Старательный, порядочный работник.
Характер крут, прогулов и пьянства не терпит, держит работников в узде. Воевал до 43-го года, но зимой застудил легкие и был комиссован. Местный житель, проживает на Складской улице…
– Позволите осмотреть гараж?
– В чем вопрос, товарищ капитан? Можете это сделать прямо сейчас, я прикажу оказать вам помощь. Вы… один будете осматривать? – Директор автобазы растерянно заморгал.
– Со мной два красноармейца, они на улице. Скоро подъедут другие члены опергруппы – их задержали дела.
– Как скажете, товарищ, готов оказать нашим органам всяческое содействие.
Капитан поднялся, хрустнули коленные суставы, подошел к окну. Во дворе было людно. На площадке перед гаражом стоял мощный четырехосный грузовик ЯГ-12, переделанный в самосвал. Машина смотрелась неважно. Эти монстры выпускали в начале 30-х годов.
