– А теперь идете за мной, товарищ Алина, и постарайтесь не шуметь.
Он не мог понять, что с ним происходило. Ниточка так себе, явная пустышка, но что-то напряглось внутри в ожидании открытия.
Два силуэта перебежали переулок, растворились в зарослях и вскоре возникли на дороге. Улица Голубые Пруды была предельно узкой – две машины едва бы разъехались. Старенькие дачи стыдливо прятались за плодовыми деревьями.
Раздался шум – по параллельной дороге ехала машина. Свет фар блуждал по деревьям. Это был мобильный патруль на пикапе.
Машина проехала, шум затих.
Ни в одном из окрестных домов не горел свет. Дачи были старые, многие из них доживали свой век без присмотра.
Нужное строение находилось через два участка. Ограду из штакетника украшал вьющийся дикий виноград. Он еще не мог похвастаться пышностью – листья только раскрывались.
– Присядь-ка, – прошептал Алесей. Он даже не заметил, как перешел на «ты». Девушка присела. Лунный свет отражался в ее больших глазах. Ночь была безветренной, небо – ясным.
Тучи встали над городом, здесь их не было. Прохлада еще не беспокоила.
Алексей развел руками ветки вьюна, пристроился на корточки. Ограду из штакетника, видимо, для того и придумали – чтобы воры не ломали себе голову. Штакетины с гвоздями выдирались без сопротивления, только последняя отчего-то решила поскрипеть. Алексей застыл, потом отвел деревянные планки в горизонтальное положение.
– Садись здесь и слушай сюда, – прошептал он. – Я лезу первым, ты за мной, не шумишь, не охаешь, вперед не забегаешь.
Как окажемся на той стороне, пристройся под деревом и не отсвечивай… Что молчишь?
– Ничего. Даю тебе сделать себе мнение…
Он перебрался через забор, перебежал к дому. На участке было тихо. Где-то далеко забрехала собака. В заброшенном хозяйстве Павлинского живность, похоже, отсутствовала. «И зачем мы сюда приехали?» – мелькнула невеселая мысль.
Участок был небольшой, весь зарос бурьяном, выделялась только дорожка к калитке, мощенная плиткой. Покрытие вздулось от времени и вылезших из земли корней.
Все остальное пространство заросло сорняками, виднелось несколько кустов и одиноких деревьев.
Из полумрака проступали контуры строения. Домик был щуплый, дощатый, высотой в один этаж, не считая сплющенного чердака. Справа от крыльца – качели, беседка, много лет назад здесь, возможно, было уютно – скромность украшала хозяев.
У крыльца Алексей махнул рукой и присел. От дерева отделилась тень, быстро подбежала и превратилась в девушку.
