Оля ничего не боялась и никого не стеснялась. А она, Аля, боялась всегда и всего. Она, директор школы, серьезный человек, мать, теща, бабушка двух внуков, и сейчас трусиха, просто скрывает это. От всех скрывает, даже от дочки. Только Виктория знает, что она – заячья душа.
Надо было подойти к Ольге. И что? Да просто посмотреть в глаза. Кивнуть на сережки, спросить: «Что, продать так и не получилось? Прогадала, не то взяла? Не повезло. Не угадала».
Да нет, все правильно. Все она сделала правильно.
Юность, любовь к Максиму.
Молодость, институт. Юрмала. Олина авария. Бабушка. Родней ее нет, ба, ее ба… Недолгое знакомство и дружба с дедом…
И чувство вины – на всю оставшуюся, такую нелегкую жизнь. Испепеляющее, изматывающее чувство вины за двух самых близких людей – бабушку и Максима.
Она виновата в их смерти. Ах, если бы повернуть время вспять! Но так не бывает. И не помогают Викины многолетние доводы и уговоры, не помогают.
Перед сном подошла к зеркалу. Да уж, невесело… Возраст, матушка, как ни крути.
Нет, еще вполне ничего – так, пару лишних кило, а в принципе бывает и хуже. И кожа в порядке, и все остальное более-менее.
Умылась, наложила крем на лицо, под глаза, на руки. Снова окинула себя взглядом, достала снотворное. Вот без этого точно никак. Сегодня без этого не получится. Ох, Анька, Анька!
Снотворное, новое, американское, было чудесным – в смысле, без последствий наутро. Голова не гудит, в ушах не звенит, ноги ходят, и руки слушаются.
Да и действует быстро.
Засыпая, услышала звук эсэмэс, но открывать не стала – наверняка навязчивый ухажер, кто же еще? Уж точно не Анька – та птица вредная, характерная, в отца.
Уж как обидится… прощения не жди. А она обиделась сильно.
Ладно, все, спим. Спим…
Утро было солнечным и жарким. Аля жмурилась, глаза открывать не хотелось. Но надо, надо. Пустой кофе, конечно, не завтрак… Но что поделать. Выпьет и пойдет в магазин.
Не подыхать же от голода.
Стоя под душем, подумала: «Наплевать! На всех на вас наплевать! В конце концов, у меня одна жизнь Встречайтесь с кем хотите, любите, разлюбите.
Разводитесь, сходитесь, женитесь. Кого и когда мы слышали и слушали, а? Разве я бабушку слушала? Значит, все правильно. Каждый проживает свои ошибки. Повторение непройденного – как точно говорила ба. Тобой не пройденного. А другими – конечно. Но кого волнуют чужой опыт и чужие ошибки? Все, Алевтина. Скоро Куба, теплое море, Майка. Как я по ней соскучилась! Вика-ежевика, родная подружка».
