Добрынин впал в страшную меланхолию, валялся на диване и грыз кулаки. А ему названивали и приглашали на собрание.
Я умоляла его не ходить. Взяла справку в поликлинике, что он болен. Потом принесли письмо. На дом, представь? Я увидела их в глазок и не открыла. Решила так – запру его и уеду к Мусе в Кратово. Так и сделала. Только в спешке и в страхе не перерезала телефонный провод. Ему, конечно, позвонили. Ну он и поехал. Вызвал слесаря из ЖЭКа, тот вскрыл дверь, и Лев Николаевич выбрался на свободу.
И что ты думаешь? Он произнес гневную, обвинительную речь и осудил лучшего друга.
Был показательный суд, Мишке дали десятку, слава богу, что не высшую! Лена родила мертвого ребенка и уехала на его родину. Дальнейшей судьбы их не знаю. Не интересовалась – боялась. Боялась и стыдилась своего мужа. И еще тогда поняла, как я его ненавижу. Он это тебе не рассказывал? – усмехнулась Софья. – Нет? Ах да, у него сейчас другой образ – милого, доброго и одинокого дедули. А что там было тогда – все давно травой поросло!
– Ты сама говоришь – время такое было.
Перемалывало людей, как в мясорубке. Кто-то смелый, сильный. А кто-то… слабый."
"– А кто-то трус и подлец, Аля! Пора назвать вещи своими именами. Ладно, хватит о нем. И чего меня понесло? Сама не знаю. Зато хорошо знаю, как он может мозги запудрить и голову заморочить. Вот в чем его главный талант! Ну и тебе заморочил, славный дедуля! Аля, милая! Я просто… очень страдала. Боялась, что раз молчишь – у тебя что-то не то. Видела, что ты мучаешься.
Правда, не знала, что из-за вранья. – Софья Павловна грустно улыбнулась. – Это твое дело, девочка! Твое, не мое. Хочешь к нему ездить – да бога ради! Тимуровка ты моя, дурочка. Я одного боюсь – как ты будешь жить, Аля, с таким отношением к жизни? Кто защитит тебя? Тебя же все только… используют! Все, иди, умывайся! Смотри, как опухла. А тебе еще ехать. И успокойся – никаких обид нет. Обид нет, но есть просьба – подумай о себе, а? Может, позвонить в Ригу, поедешь к Лайме? На недельку, просто придешь в себя перед работой? Нет? Почему сразу нет? А, поняла… У тебя же сейчас подопечный.
Как же его, бедолагу, оставить? Аля, у него есть возможность нанять сиделку. Ну вот видишь! Жил же он до тебя и еще десять дней проживет! Все, я звоню Лайме, договорились? И еще, Аля! Не паши ты там, умоляю! Погулять – ладно. Послушать его лживые байки – пожалуйста. Но не паши! Ты мне обещаешь?
Про отпуск Аля умолила чуть-чуть подождать:
– До завтра, а, ба? Обещаю подумать.
