Да и что за предрассудки? Мы стоим на пороге новой жизни. Осталось лишь отпроситься. Мы уже наполовину свободные с ней. Сейчас обговорю условия, и можем собираться в путь. Уже утром выдвинемся в дорогу. Красота! И великое счастье.
– Ой, неладное ты задумала. Хозяин осерчает. Может, опосля? Завтра, например. Ну куда ты так торопишься? – причитала тетка всю дорогу до хозяйских покоев.
Но я была непреклонна.
– На свободу!
Возле уже знакомых дверей тетка опять принялась молиться. А я попросила служанку, что сидела на лавке у входа, сообщить о моем приходе.
Марка, конечно, с характером, потому как постель хозяину греет. Но лично у меня с ней никогда конфликтов не было.
– Зачастила ты сегодня… – криво усмехнулась она, но просьбу исполнила.
Постучавшись, зашла в двери, а вскорости вернулась и кивком пригласила меня войти.
Первое, на что я обратила внимание, – храмовник не ушел. На столе появился кувшин и пара бокалов. Пьют, значит. Здесь знать не употребляла чай, кофе или морсы. Только вино. Оттого, может, и жили недолго.
Все же алкоголь – это яд. Никогда в рот не брала. Как тренер запретил – так и повелось.
– Ваша милость!
Вот же! Поторопилась и узнала лишь, как обращаться. А имя-то? Придется выкручиваться.
– Прочитала я письмо и завещание. Прошу вашего разрешения для себя и для тетки Ванды уехать в свои земли.
– Смотри, какая скорая. Не успела новость узнать, а уже ехать собралась, – со смешком, слегка ехидно обратился он к храмовнику. Не ко мне.
– Разбаловал ты их, ваша милость! – поддакнул тот и пригубил бокал.
Собака! Меня, сироту, обокрал, еще и тявкает.
– А знаешь ли ты, сколько стоит вольная? – обратился хозяин уже ко мне.
– Никак нет, ваша милость.
– По двадцать золотых за каждую. Итого сорок, – смакуя каждого слово, произнес он.
Вот гад. Знает, что у меня есть монеты, оттого и цену такую взвинтил. Я больше чем уверена. Все хотят приложиться к наследству сиротки.
– А вольная, заверенная честь по чести, еще пять золотых, – влез храмовник.
Грабеж! Если бы не последствия… нет, к убийству я все же не готова.
Хоть и знаю, как это сделать голыми руками и десятком разных способов. А что двое – так наплевать. Обездвижить – один удар. А дальше они в моей власти. Но нельзя.
Сорок пять золотых! Половина из того, чем я сейчас располагаю. Ну, твари настоящие! А какая альтернатива? Самовольно сбежать? Так выловят. Они же наверняка знают, куда мы направимся. А за побег – порка до смерти. Чтобы другим неповадно было.
– Я согласна.
