— Всё в порядке?
— Да, мне нужно с вами поговорить. Наедине.
Отто провожает меня в отделённый ширмой закуток, предлагает горячего вина, но я отказываюсь. Убедившись, что нас никто не подслушивает, поворачиваюсь к целителю.
— Мне нужно снадобье от тошноты.
— Позвольте, я сначала вас осмотрю, миледи."
"Отто протягивает мне руку, его ладонь тут же наполняется мягким тёплым светом Исцеления. Я отшатываюсь, как от огня. Только этого ещё не хватает! Не знаю, сможет ли он с помощью магии определить моё положение, но если да — всё пропало.
Отто непременно расскажет Эмилю, а к этому я не готова.
— Нет, — поспешно отвечаю, отступая ещё на шаг. — Просто дайте мне что-нибудь сильнодействующее.
Мудрый взгляд целителя пронизывает насквозь. Отто кивает и, повернувшись к столу, принимается рыться в ящиках.
— Вот, — говорит он, протягивая мне склянку. — Пять капель на стакан воды.
Я с облегчением тянусь к заветному флакончику, но мужчина в последний момент отдёргивает руку.
— Вы знаете, что каждое лекарство может одновременно как вылечить, так и навредить, миледи? У этого зелья тоже есть свои побочные эффекты.
Мои пальцы замирают в воздухе.
— Какие? — осторожно уточняю я.
— При сильных концентрациях оно вызывает головные боли, зуб и повышенную жажду.
— Ничего страшного, — чуть успокоившись, отвечаю я, снова требовательно протягивая руку.
— А ещё его нельзя пить во время беременности.
Моя ладонь обессиленно падает. Да что же это такое! Неужели мало мне того, что придётся следующие пару месяцев скрывать всё от Эмиля, так ещё и мучиться от тошноты? Я хмурюсь, пытаясь срочно придумать что-нибудь ещё.
Ведь должен быть какой-то способ пожить хоть чуть-чуть привычной жизнью, не заставляя никого бегать вокруг себя?
— Но, если вам, миледи, это снадобье не подходит, есть ещё вот это. — Отто извлекает из ящика другую склянку, в которой насыпан какой-то порошок. — Растворите две ложки в воде, выпейте и через полчаса всё пройдёт.
— Слава богам! — Я хватаю флакончик, тут же пряча его в кошель на поясе.
— Думала, это никогда не закончится.
Отто, хитро прищурившись, улыбается, видя моё облегчение.
— Спасибо, господин Рейснер, — говорю я, одёргивая юбку. — Хорошего дня.
Поворачиваюсь, чтобы уйти, как он негромко говорит мне вслед.
— Вы не спрашивали совета, миледи, но позвольте я всё-таки его дам. Расскажите князю, он будет рад такой новости. Тем более ему, как будущему отцу, нужно это знать.
Я замираю, так и не отодвинув занавесь.
