Каждому, кто согласится помочь этим людям с обустройством в Гранцбурге, как и в других городах, корона в благодарность выделит деньги. За разжигание розни против теневиков, перешедших на нашу сторону, будет назначено наказание, а день победы в революции станет днём памяти павших."
"Я обеспокоенно смотрю на собравшихся горожан. Эмилю потребовалось почти два месяца, чтобы уговорить Стефана. Не могу посчитать количество бессонных ночей, которые он проводил с министрами, обсуждая всё это. Пожалуй, почти каждая, с момента нашей свадьбы.
А уж количество возмущённых посланий от аристократов, прослышавших о возможных нововведениях, и вовсе ужасало. К счастью, среди них нашлись и те, кто поддержал мужа в стремлении покончить с кровавым прошлым. Но поймут ли простые люди?
Толпа волнуется, переговаривается. Никогда раньше власть не спрашивала их мнения, и теперь многие растерянно переглядываются, не зная, что делать. К счастью, Эмиль предусмотрел и это.
— Через три дня у градоправителя Гранцбурга будет приём. Я жду там десять ваших представителей.
Мы не будем ничего решать в одиночку, только договариваться. Выберите тех, кому доверяете, и я с уважением выслушаю каждого. Но прежде чем разойтись, хочу, чтобы вы узнали истории некоторых возвращённых, которые согласились рассказать о своём прошлом.
Муж отступает назад, и на помост поднимается юноша. Ему лет пятнадцать, русые волосы коротко острижены, в руках он нервно комкает сдёрнутую с головы шапку. Я слышала его историю, ведь тоже помогала Эмилю в расспросах возвращённых.
Мы в лагере всего две недели, а кажется, я уже знаю минимум половину из оказавшихся там людей.
Сначала тихо и несмело, потом всё громче, парнишка рассказывает, как в его деревню однажды ночью пришли солдаты. Они забрали всех, кто смог держать оружие, строгий офицер выбрал нескольких, чтобы передать им дар. С болью и отчаянием он вспоминает каждое село, которое разрушил, и свой страх, когда понял, что дар оказался проклятьем. Он пытался бежать, но Тень не позволяла ему сделать и шага, не давала обратиться против своих мучителей.
— С момента, когда магия забрала моё тело, я больше ничего не помню, — тихо говорит парень, но его слова разлетаются по всей площади — такая тишина висит над ней. — Наверно, я убил ещё многих, и мне очень жаль. Знаю, слова не вернут вам погибших, но я благодарен, что вы дослушали мою историю.
Кто-то в толпе презрительно свистит, но его тут же затыкают соседи, потому что на помост поднимается следующий возвращённый.
