Хорошо хоть Тень ослабляет хватку, давая возможность восстановить дыхание.
— О чём ты? — откашлявшись, спрашиваю я. Этот разговор порядком утомляет, как и подвешенное состояние тела. Пусть Луиза уже позлорадствует всласть и убирается, дав время подумать в одиночестве.
— Ты же не знаешь! — радостно улыбается девушка, подходя совсем близко. Она прижимается к моей груди, ласково проводит пальцем по щеке. — Какая я растяпа, совсем забыла сказать: Лия думает, что мы с тобой близки. Очень близки, понимаешь?
В голове словно сходятся кусочки мозаики.
Так вот каких слов ждала от него Лия там, в холле дворца! Тут же становится понятно, почему она сбежала к Катарине не сразу, а только через два дня после стычки с Илоной. Всё это время она думала, что предана им не только с Тенью, но и с Луизой. Острая боль, не имевшая отношения к магии, пронзает сердце.
— Ты врёшь, — машинально говорю я, отрицая ужас развернувшейся картины. — Никто на всём свете не рассказал бы ей подобную нелепицу.
— Ну а я её сочинила.
— Луиза привстаёт на цыпочки и целует меня в уголок губ. По телу пробегает дрожь отвращения. Каждое её прикосновение похоже на объятия змеи, готовящейся в следующий миг поглотить свою жертву. — Думаешь, я просто так таскалась к тебе три дня подряд? Да все слуги во дворце только и говорят о том, как мы развлекаемся в твоей кровати. Им же даже своими глазами видеть ничего не надо, достаточно растрёпанной причёски, мятого платья и смазанной помады.
— Какая ты дрянь…
— Я бы назвала это находчивостью, — самодовольно улыбается Луиза.
— Кажется, Лию больше всего расстроило, что ты взял меня в свою спальню на второе утро после Харского поля. Она чуть в обморок не упала, когда это услышала. Признавайся, у вас что-то было?
— Пойди прочь.
— Я-то уйду. — Тон Луизы меняется на презрительно-холодный. — Но ты хорошенько подумай, как защитить свою ненаглядную. Лия должна вонзить кинжал тебе в сердце, и, если выживет в ритуале, я дам ей свободу. Жизнь за жизнь, всё просто.
Когда она придёт сюда…
— Не придёт, — перебиваю её. — Ты сделала ей так больно, что она с трудом переносит моё общество."
"— О нет, — отмахивается Луиза. — Поверь мне, как только Катарина расскажет ей про ритуал, она прибежит, утирая сопли. И ты должен сделать так, чтобы её ненависть пересилила влюблённость. Ты ведь хочешь её спасти? — Киваю, и Луиза треплет меня по щеке, словно преданную собаку. — Тогда хорошенько подумай над своими словами.
