Его хватка на моих волосах стала чувствительней, он нагнулся к моему лицу. Я прикрыла глаза, уверенная, что сейчас он меня поцелует.
Но вместо этого услышала:
— Очень проникновенная речь о твоей любви к работе. Как твой начальник, я очень впечатлен. Чувствуешь, как сильно? Так что, черт с тобой, можешь ехать, раз тебя так сильно волнуют львы. Но с одним условием, Саша. Никогда не оставайся наедине со мной, не нагибайся и, черт возьми, сделай так, чтобы на тебе всегда было достаточно одежды.
Я не тот, кого ты можешь дразнить без всяких последствий. А если нарушишь условия, то вылетишь из экспедиции, как пробка. Ясно? — он еще крепче сжал волосы, запрокидывая мою голову еще сильнее.
— Это три, — выдохнула я.
— Что? — моргнул Одинцов.
— Ты сказал, что я могу поехать с одним условием, а вместо этого назвал целых три
— Ты невыносима!…
— А ты не умеешь считать! Похоже, у вас действительно возрастная деменция, Николай Евгеньевич!
В тот же миг он меня поцеловал.
Глава 12. Одинцов
Ее волосы слегка волнистые, блестящие и скользят меж пальцев, как самый настоящий белый шелк. С наслаждением наматываю их на кулак, может быть чересчур сильно, но сейчас она довела меня. И я намерен сделать так, чтобы она наконец-то заткнулась.
Несносная девчонка запрокидывает голову. Продолжает дразнить приоткрытыми розовыми губами. Выглядит при этом довольной, все-таки добилась того, чтобы я опять прикоснулся к ней.
Снова.
А я так старался держаться как можно дальше от нее.
И не хотел касаться, но ничего не вышло. Стоило ей убежать из ресторана, и я сорвался. Устремился совсем не за сыном, который ушел в другую сторону. Мириться со своей девушкой Адам явно не собирался.
Сказав Алене, чтобы ждала меня в ресторане, я бросился на выход. Пусть думает, что я за сыном. Но совсем не с ним меня как будто соединяет невидимый канат, который тянет меня, как упрямого осла следом. Куда она — туда и я.
И вот я здесь, в метро, куда не спускался уже лет пять, как чертов бедный студент, выслушиваю от нее какой-то бред про возраст и пенсионеров.
Надеялся, что еще смогу уговорить от поездки, но стоило ей заговорить о львах, и это уничтожило мою решимость.
Одной из немногих женщин в моей жизни, с которой я до хрипоты обсуждал поведение больших кошек, была Зина. Но с ней я никогда не хотел сделать и десятой доли того, что хочу рядом с белобрысой Александрой.
