Четыре месяца прошло, а до этого ещё один — дурацкий, трудный, особенно длинный. Это ж полгода почти, если сложить.
Вообще ничего не изменилось. С первого взгляда в неё. Просто увидел, и всё. С моста в реку. Кровь в жилах закипает. Я смотрю и улыбку едва сдерживаю. Вот как так? Увидел, и всё. И на всю жизнь. С ней.
Шикарная.
Блть. Ещё раз бегло себя оглядываю. Ну куда уже деваться, какой есть.
Смотрю на неё жадно. Нетерпеливо. Другая какая-то. Глаза другие — я ей и по телефону об этом говорил, она отшучивалась, что это всё благодаря мне.
Только вот я ничего не делал, лишь писал и звонил. Причем не частно, а по возможности.
Ксюша поворачивает голову и видит меня. Чуть не спотыкается, бедняга. Я тут же делаю пару шагов вперёд, будто ловить хочу. Хотя между нами ещё шагов двадцать.
Она смотрит на меня. Рот приоткрывает. Так сильно удивлена, что я уж и не знаю, стоил ли сюрприз того. Цветы крепче сжимаю. Больше терпеть не могу и широко улыбаюсь. Машу ей букетом.
Ксюша срывается с места и спешит ко мне.
А я к ней.
Через мгновение её руки обвивают мою шею. А мои — замком на её пояснице. Насмерть сцеплены. К себе её прижимаю крепко-крепко. Причалил, наконец-то, к берегу.
— Боже, как? — шепчет она, отчаянно целуя меня в щёки, подбородок. — Денис, я всё перепутала? Я же встречать хотела ехать. Боже! Любимый, как же так-то? Ты приехал, а меня нет? Где мой мозг?!
— Это сюрприз. — Я обнимаю её. — Ты не перепутала. Это я пешком и на попутках.
И уже неважно ничего. Ни одежда, ни обувь, ни стрижка дурацкая.
Короткая. Ксюша всё целует и целует меня. А я ловлю её губы и делаю это по-взрослому.
Она перестаёт суетиться. Замирает, лишь льнёт ко мне всем телом, а я улыбаюсь. Пахнет-то как! Блть, как она пахнет. Щас сожру целиком. Почти полгода без неё. Конфета. Её рот, шея — впиваюсь губами быстро. Безумие. Снова ко рту.
— С возвращением домой, Денис, — слышу звонкий голос Наташи. — Я уже думала, ты нам голову дуришь и никогда не приедешь. Ксюшин вымышленный парень.
Делаю приветственное движение рукой, не прекращая поцелуй.
Наташа весело смеётся.
— Ладно, Ксюш, пожалуй, я перехотела тот шикарный торт, что ты обещала. Спишемся на днях! Как-нибудь.
Мы прощаемся с Наташей, после чего смотрим друг на друга. Ксюшины глаза блестят.
— У тебя есть торт? — спрашиваю я. Сам же не могу наглядеться.
— На углу дома открылась кулинария. Мы с Наташей хотели по кусочку съесть. Неважно. Боже, расскажи, как? Почему не предупредил?"
"Она принимает цветы из моих рук.
