Может, в этой милиции твое призвание. Ладно, не ходи.
– Ну, хорошо, пойду. – Я просто не вынес ее горя.
– Зачем, Саша, если душа не лежит?
– Сказал – пойду, значит, пойду! – буркнул я.
Баба замерла за моей спиной, еще раз контрольно вздохнула, чтобы я не вздумал забыть о ее горестной озабоченности моей судьбой, поцеловала меня в макушку и вышла.
* * *"
"Cекретарша – глазастая, с милым носиком и округлым подбородком, – этакая Ярославна, стриженная под пятиклассника, княжила на государстве телефонных аппаратов.
Она манипулировала цветными трубками с потрясающей ловкостью, и этим напоминала уличного регулировщика с большим стажем.
Я спросил у нее, кивнув подбородком на дверь кабинета:
– У себя?
Cекретарша почесала карандашом в мальчишеском чубчике и спросила буднично:
– А вы кто?
– Я по поводу устройства на работу. Юрисконсультом.
– А, – сказала она, – сейчас… – Поднялась и ослепила меня разрезом на джинсовой юбке.
«А что, – подумал я, – может, и вправду остаться здесь работать?»
Она выглянула из кабинета и так же буднично сказала:
– Заходите.
И я вошел в вольер ко льву. Лев восседал за нескончаемым, как посадочная полоса, столом, положив лапы перед собой, как египетский сфинкс. У него была массивная морда с жесткой всклокоченной гривой, по обе стороны мясистой переносицы самостоятельно и проворно жили глазки-себе на уме.
Я поздоровался и назвался. Он, не поднимаясь, качнулся мне навстречу и сказал:
– Так. Алек-сандр Ни-ки-фо-ро-вич… – Он тщательно проговаривал все буквы моего нестандартного отчества, казалось даже, добавлял где-то в середине два-три лишних слога и любовался, как это славно получается.
Наматывал мое имя-отчество, как ленточку серпантина, на палец. – Значит, Александр… Никифорович… Не слишком ли вы молоды для нас?
– А что? Вообще-то у меня диплом с отличием… – почему-то возразил я, как будто и в самом деле стремился во что бы то ни стало устроиться под его львиной лапой.
– Да? Ну, добро, добро. Здесь вот какая штука, Александр Никифорович… Вы где работаете?
– Я работаю следователем отделения милиции Кировского района, – ответил я, стараясь глядеть на него пристально, тем самым внушая уважение к своей кандидатуре.
Он хмыкнул, запустил тяжелую лапу в жесткую гриву и поскреб там.
– Ну и как? – спросил он. – Всех переловил?
– Кого? – тупо спросил я, продолжая сверлить льва взглядом дрессировщика.
