Он оказался у ритуального круга, ползал как червь у тела Лагрю. Недоэльфийка же тихо стонала, лежа на боку. Все ее лицо было залито кровью.
И даже сейчас я не испытала к ней ни капельки жалости.
Видимо, не до такой степени я добрый человек, чтобы сострадать этой падали.
— Она еще спрашивает, зол ли он! — раздался знакомый голос над нашими головами. — Да я, когда к нему прилетел и все рассказал, думал — все! Вот сейчас он от разрыва сердца помрет, и меня таки настигнет вечное забвение. Шутка ли, принца на тот свет отправить новостями!
Подняв взгляд, я уставилась на профессора Глински.
— Чего зыркаете, красавица. Я бы сильно за себя переживал, ну, будь я на вашем месте. Принц сейчас спасет студентов. Спихнет на Матеуса сестру, на Триаля — остальных и займется вами. И это еще вопрос — выпорет он вас, или брак задним числом оформит и потащит его узаконивать. Но стоит признаться, что ты, Бель, молодец, — призрачный профессор мгновенно подобрел. — Если бы в одного из нас твой камешек через стену не прилетел, то не сообразили бы, что перед нами качественная иллюзия.
А то слышим громкие удары, чувствуем магию, а откуда — понять не можем. А принц... Ты его крепко поцелуй и все забудется.
Остальные призраки важно закивали.
— Бель! — громким эхом разлетелось по помещению. — А ну, встала в шаге от меня, чтобы я тебя видел.
Обернувшись на злющего Дункана, я как-то усомнилась в том, что одного поцелуя хватит.
И двух вряд ли...
Глава 74
Как-то, на свой стыд трусовато, я подошла к, чувствую, завтрашнему мужу и замерла за его спиной.
Он обернулся, демонстративно осмотрел стену, будто проверяя ее на возможность вовлечь меня в новые неприятности.
И только я собралась недовольно фыркнуть, как ящик рядом со мной рухнул на пол, оставляя после себя облако пыли и резкий грибной аромат. Покосившись на прогнивший стеллаж, невольно придвинулась к Дункану ближе.
Он довольно хмыкнул и отвернулся.
— Триаль, мне нужны свечи. Чем-то же они знаки отливали...
Друид кивнул и спешно вернулся к ритуальному кругу.
При этом я заметила, как он довольно сильно подпнул пришедшего в себя и уползающего к выходу Жак Жаковича. Домовой перевернулся на спину и замер. Нет, ну конечно, лежачих не бьют. Но если эта падаль — серийный убийца-домовой с огромным магическим резервом, то можно на нем и потоптаться. Лишним не будет.
Отыскав одну свечу на неприметном ящике в углу, вторую учитель Триаль заприметил около лежащей Жоржеты Лагрю.
— Не трогай ее, — предупреждающе прокричал Дункан.
