Надрывал глотку, поддерживая своих сторонников, которые как раз в это время подались под натиском конкурирующей фракции. Оромнился только тогда, когда увидел в пяти шагах от себя свирепые рожи «чужих» нурманов. Опомнился, но совершил ошибку: вместо того чтобы развернуть коня и погнать его в противоположную сторону, громко заорал, призывая на помощь, и, одновременно, подал коня назад, попытавшись поставить между собой и нурманами Сергея группу своих, тоже конных, приспешников: лучших людей. Лучших, понятно, не в боевом плане, а по респектабельности.
Хотя пара воинов и среди них оказалась. И они даже попытались отбиться от атакующих. Пинками и поднимая коней на дыбы. Не преуспели. Равно как и поспешившие на помощь Грудяте «гвардейцы». Всех всадников стащили с коней и принялись дубасить, не подпуская защитников. Сумятицы прибавили и кони, которые от беснования толпы избирателей тоже здорово возбудились и принялись лягаться и кусаться.
Сергей поглядел на Радилу. Радила был в восторге. А вот наместник — нет.
Он, опытный воин, он сразу сообразил, откуда дровишки. И уже грозил Сергею кулаком: ты что творишь?
Сергей отсигналил варяжским знаком: все хорошо, отчего Прокуй Перятыч взбеленился еще больше. Но сделать ничего не мог. А какие варианты? Отправить дружинников спасать Грудяту? Через дерущуюся толпу? Да ладно!
Так что ситуация развивалась по плану. «Наши» переломили и погнали «ненаших» в сторону Людина конца.
Но бойцы Сергея не стали ждать, когда их сметут. Они свое дело сделали и отступили, дав возможность телохранителям подобрать охраняемые тела и спасти от неприятного финала: оказаться растоптанными собственными сторонниками.
— Кого хотите в тысяцкие, люди новгородские? — крикнул наместник, вспомнивший для чего он тут.
— Радилу! Мы хотим Радилу!!! — единым духом взревела площадь.
Оппозиция молчала. Редкие ее представители вяло ворочались на грязном снегу.
Свободные демократические выборы тысяцкого Неревского конца завершились.
Итоги подводили в доме у Радилы.
Участвовали Радила, Сергей и еще человек триста. Включая княжьего наместника. Последний, отозвав Сергея в сторонку, строго выговорил за «акцию устрашения», едва не перешедшую в смертоубийство."
"— Ну так не убили же, — развел руками Сергей.
Ребра переломали, да, есть такое, и обе руки, а остальное уже так, по мелочи. И ответственность за ребра, если по-честному, должен взять не Сергей, а конь, который наступил на Грудятову тушку.
