Откинул одеяло, удобно устроился спиной на подушках и, распахнув объятия, поманил любимую к себе на грудь."
"Улыбнувшись, Лена устроилась под боком и, положив голову мне на грудь, начала водить пальчиком по кубикам пресса. Вот чертовка… Знает же, что это запрещённый приём, а учитывая, что прикасаться мне к ней пока нельзя, ещё и обезоруживающий.
– Ленусь, – пытаясь казаться серьёзным, позвал я и, погладив её по спине, начал перебирать рассыпавшиеся по плечам локоны, расслабляя жену ответной лаской.
– М-м? – мурлыкнула она томно.
– Ты же не хочешь пропустить самые важные моменты жизни нашего сына? Вернее, наших детей?.. Первые зубы, первые шаги, первое слово…
– Нет, – ответила она, даже не задумываясь. Но, осознав мой посыл, замерла и, приподняв голову, посмотрела мне в глаза, пробормотав: – Не хочу.
Помню, как в детстве мне не хватало родителей, а они…
– И им тоже, – поддержал я, и, не желая ворошить неприятную тему, подытожил: – Уверен, чувство вины их преследовало долго. Отсюда нездоровая гиперопека и тотальный контроль.
– Не хочу так, – поморщилась Лена.
– И-и? – поторопил я.
– Ты прав. Ну её – работу эту.
Не очень-то и хотелось.
– Больше вредничала, – проурчал я с упрёком.
Понимая, что её приём рассекретили, жена прицыкнула языком и, уткнувшись носом мне в шею, протяжно вздохнула. Чувствовал, что недоговаривает что-то важное, но давить не стал. Сама созналась, причём сразу же.
– Я ревную, – буркнула с нескрываемой досадой в голосе.
– Ну и зря, – отозвался с тихим смешком.
Чмокнул её в висок и, помолчав, спросил: – Помнишь нашу первую встречу? Ну, тогда… в клубе.
– Ага.
– Капкан ещё тогда захлопнулся. Влюбился, как пацан, искал тебя долго, а ты…
– А я такая дура была, – проворчала Лена.
– Ты не дура, ты моя булочка. Всё случилось в нужное время. Люблю тебя.
– Люблю тебя, мой медведь."
