Там, откуда я родом, таких условностей нет, захотелось сказать мне. К счастью, я хорошо следила за своими мыслями и языком, чтобы сделать такую глупость.
— Хорошо. Значит, будем нарушать этикет дальше?
Натаниэль неожиданно улыбнулся:
— Иногда устоявшейся системе нужны встряски, чтобы обрести новые черты и развиваться дальше.
— Только системе? — уточнила я.
— Всему и всем. Для меня такой встряской стала ты.
Тоже мне. Устоявшийся дракон. Настоявшийся. Настоящий. Стоящий…
Так, все, хватит! Никаких больше однокоренных со словом «стоять».
— Я была всегда, — произнесла я. Памятуя о том, что Альви за ним замужем давно, а в искрах и невестах и того дольше ходила.
— Значит, раньше я тебя не разглядел, — Натаниэль легко коснулся губами кончиков моих пальцев. — Тебя настоящую.
Ой, вот не надо меня настоящую разглядывать, я жить хочу.
— Бал, — напомнила я, и он подал мне руку.
По случаю праздника украсили весь замок, даже отдаленные коридоры, и с нашим Новым годом здесь были в ассоциациях исключительно ели и сосны.
В остальном их предпочитали украшать теми самыми «замороженными» композициями, а не шарами, искрящимися магическими огоньками и игрушечными дракончиками. А еще фигурками фениксов. Искрящиеся золотые птички на удивление гармонично смотрелись рядом с драконами, и на это тоже были свои причины.
— Феникс — тоже символ возрождения, — словно прочитав мои мысли, произнес муж и чуть сильнее сжал мою руку.
Я намеки отлично понимала, поэтому предпочла быстро перевести тему:
— Очень жаль, что их нет в нашем мире.
— Да, не климат, видимо, — отозвался Натаниэль.
У него еще и чувство юмора прорезалось? Капец котенку. То есть тебе, Аглая.
Нет никого привлекательнее мужчины с чувством юмора.
Несмотря на то, что мы миновали множество красивых галерей и анфилад, коридоров, спустились по роскошной, перила которой были увиты елочными ветвями, лестнице, бальный зал заставил меня замереть в изумлении. Мы словно оказались в заснеженном лесу. Наполовину.
На второй половине зала уже царила весна. Цветы, вьюнки, солнечный свет от магического солнца под потолком напоминал весенний день, тогда как зимняя половина — заснеженную невероятно прекрасную ночь.
— Вы… что…
Я даже пропустила момент, когда нас объявили, и все воззрились на нас.
— Нравится, — как-то довольно произнес дракон, как-то, я бы сказала, чересчур довольно. — Ты даже не представляешь, как сложно это было провернуть все у тебя под носом.
