— Стреляли из сада, — сказал эксперт из райотдела. — Расстояние небольшое, но, видимо, оружие сильное. Убитого отбросило на пол.
— Кто-нибудь слышал выстрел?
— Пока не установили, — ответил Середин.
— Гильзу нашли?
— Ищем.
Наумов подошел к столу, взял табуретку у стены, сел за машинку.
Медленно повернул голову в сторону кустов. На секунду на виске забилась жилка, всего на одну секунду.
Громко вздохнула понятая.
Теперь Наумов глядел на кусты орешника, плотные, сросшиеся, словно надеясь увидеть безжалостную черноту ствола.
Стреляли из этих кустов. Видимо, ждали, когда Бурмин выйдет на террасу, значит, знали его распорядок. Убивал человек опытный, привыкший к оружию, иначе так точно не положишь пулю в висок."
"Олег встал, стараясь не глядеть на убитого, вышел на улицу.
За долгую свою службу он так и не смог привыкнуть к покойникам. Нет, он не испытывал страха, просто не привык, и все. Да и не верил, когда говорили или писали, что у профессионала вырабатывается иммунитет.
Возможно, у мясника на бойне и вырабатывается, а нормальный человек не может примириться с горем. А убийство — это всегда горе.
Наумов обогнул террасу. Жаль, что траву на лужайке затоптала оперативная группа. А трава стояла высокая, некошеная, видимо, хозяев совсем не интересовала дача.
Олег медленно шел к кустам, мысленно наметив прямую линию, соединившую висок убитого и заросли орешника.
Вот они, толстые старые кусты. Вот и крошечный пятачок в центре, совсем крошечный, но, видимо, здесь и стоял убийца.
Не видимо, а точно.
Трава примята, ветка обломана совсем недавно, дерево еще сырое.
Наумов встал на площадку, достал пистолет, положил его на рогулину сломанной ветки. Точно. Стреляли отсюда.
— Есть! — крикнул кто-то, словно выстрелил за его спиной.
Олег вздрогнул от неожиданности.
— Вот она, товарищ майор! Вот! — кричал совсем молодой оперативник из райуправления.
— Кто?
— Гильза.
Медный, подернутый копотью бочонок упал между двумя сросшимися стволами и лежал словно гриб под листом. Олег даже подивился умению оперативника.
— Молодец, — сказал он, — зови эксперта. Вспыхнула лампа, щелкнул аппарат.
Наумов наклонился и поднял гильзу. Она лежала на ладони, бесполезная, уже никому не нужная. Разве что свистеть в нее, как в детстве. Приложил к губам и свистнул.
— Так. — Эксперт покрутил гильзу перед глазами.
