Это безумие, как он знает мое тело лучше, чем я сама, и бьет в нужные места, которые почти доводят меня до предела.
— Еще, — бормочу я ему в губы.
— Что еще? — спрашивает он с капающей соблазнительностью.
— Трахни меня сильнее, — прошу я, вращая бедрами, а потом оголяю плечо, где остался засос, оставленный им вчера. — Как тогда, когда ты поставил мне его.
— Ты маленькая коварная ведьма.
Его зубы впиваются в красную отметину, и он входит в меня быстрее, глубже и с такой интенсивностью, что у меня перехватывает дыхание.
Мои руки обвивают его шею, а пятки впиваются в упругую поверхность его задницы, и я вырываюсь из его объятий.
Его дыхание становится неровным, и я понимаю, что он тоже близок, когда его член дергается внутри меня.
— Скажи это, — ворчит он на моей шее, оставляя еще один след от укуса.
— Ч-что?
— Что ты любишь меня.
— Люблю. — я вздрагиваю, удивительно возбуждаясь еще больше, как всегда, когда он заставляет меня признаться в своих чувствах во время секса. — Я люблю тебя, Кинг.
Он входит в меня так глубоко и долго, что это вызывает еще один оргазм.
Я прижимаюсь к нему, моя голова падает на его плечо, и нас окружает запах секса.
Он прав. Мне понадобится некоторое время, чтобы выйти отсюда.
Я вздыхаю, а затем вздрагиваю, когда укус на моей шее начинает жечь. Мои пальцы касаются его, и я хмуро смотрю на него.
— Серьезно, прекрати вести себя как животное.
Его лицо озаряется чистым озорством.
— Как еще люди узнают, что ты моя?"
"— Может, по тому, что ты объявляешь об этом на каждом мероприятии, которое мы посещаем вместе? С твоей рукой на моей талии.
Сначала внимание было удушающим, но публичное семейное фото с ним, Гвен и Нейтом того стоит.
Кроме того, я знаю, что такой мужчина, как Кингсли, приходит с большим багажом, и мне это нравится, как и все остальные его черты.
На самом деле, я немного извращенка и люблю его темную сторону слишком сильно. Это та часть, которая принадлежит только мне.
Только я знаю о его прошлом, о его отношениях с родителями и о том, как он наконец-то смирился с тем, что больше не винит себя в самоубийстве матери.
Я единственная, кто увидел дьявола в его глазах и влюбилась в него с головой.
Мы пара, созданная в аду.
— Показывать на мероприятиях и перед прессой, что ты моя все еще недостаточно, — говорит он, ссылаясь на мои предыдущие слова.
— Ты не можешь думать о том, чтобы кусать меня всегда. Правда?
— Не вижу причин, почему бы и нет.
— Не могу в это поверить.
