Его руки действовали с впечатляющей точностью и уверенностью.
— Не помешаю? — спокойно спросил я, подходя ближе.
Федот вскинул голову, отложил шомпол и поднялся с лавки.
— Никак нет, воевода, — он выпрямился, не выказывая удивления. — Нужен для чего?
— Разговор есть.
В его глазах мелькнуло любопытство, и он кивнул.
— Федот, у меня к тебе серьёзное предложение, — начал я без обиняков. — Сегодня я разговаривал с сотником Воротынцевым из ратной компании «Перун».
— Это же те, что в Мещёрское капище сунулись? — уточнил он, внимательно глядя на меня.
— Те самые, — кивнул я. — Я предлагаю тебе отправиться к ним на обучение. Полгода в ратной компании, чтобы потом вернуться и возглавить наш боярский спецназ.
Федот застыл. В его глазах отразилось смятение, он несколько раз моргнул, явно пытаясь осмыслить услышанное.
— Я? — наконец выдохнул он, будто проверяя, не ослышался ли. — Возглавить спецназ? Боярин, вы… уверены?
— Абсолютно, — подтвердил я, не отводя взгляда. — Ты показал себя во всех наших операциях.
Организован, рассудителен, хладнокровен. Тебе не хватает только профессиональной подготовки.
Охотник опустил голову, разглядывая свои ладони, словно пытаясь найти в них ответ.
— Боярин, я… благодарен за доверие, но… — он запнулся, подбирая слова. — Гон на пороге. Товарищей бросать сейчас… как-то не по-людски выходит.
Я кивнул, признавая весомость его аргумента.
— Понимаю твоё беспокойство. Но подумай о другом: после обучения ты сможешь гораздо эффективнее защищать не только товарищей, но и всех жителей Угрюма.
Он поднял на меня взгляд, и я увидел в нём ещё что-то — сомнение более глубокое, чем простое нежелание покидать друзей перед опасностью."
"— Есть ведь и другие, боярин. Гаврила — куда шустрее меня, глазастый, в разведке лучший. Евсей — незаметный, как тень, мимо часового пройдёт — тот и не моргнёт. Михаил силой богатырской славится… — он вздохнул. — Да и грамоты у меня немного, читать даже не умею…
Вот оно что. Не просто скромность, а глубинное убеждение в своей недостаточности.
Охотник искренне считал себя недостойным такой ответственности.
Я покрутил в руках брусок металла, оставшийся у меня с тренировки Егора, и спросил:
— Федот, знаешь, почему именно ты?
Он покачал головой.
— Ты хорошо показал себя в деле. Сабурова ты помог захватить, сделав всё безупречно. Меткость в отряде лучшая именно у тебя. В Больших Островах, когда нужно было принять решение об отступлении вместо бессмысленной стычки — ты не стал рисковать людьми.
