Дружинники Угрюма и отряд «Валькирий» уже выстроились в шеренги и отрабатывали приёмы под командованием Евдокима Соколова.
— Смирно! — рявкнул десятник, завидев наше приближение.
Все замерли в идеальном строю. Я оценил выправку наших бойцов — за последние недели они преобразились. Каждое движение чёткое, взгляды сосредоточенные, дисциплина безупречная.
Осталось добиться того, чтобы в случае тревоги они не носились, как безголовые курицы, и можно жить…
— Вольно. Сегодня к нам присоединяются новые соратники, — объявил я, указывая на группу новичков.
— Они будут тренироваться вместе с нами и учиться нашим методам.
Рекруты Ракитина стояли, явно впечатлённые дисциплиной и численностью наших сил. Я заметил, как некоторые перешёптываются, с удивлением глядя на женский отряд «Валькирий».
— Что-то не так? — громко спросил я одного из них — молодого парня со светлыми волосами.
— Никак нет, господин, — тот вытянулся. — Просто… у нас женщины не дерутся.
— У нас тоже не дерутся, — ответила вместо меня Марья из «Валькирий», уверенно держа автомат.
— Мы стреляем. Это эффективнее.
По рядам прокатился смешок, и я позволил себе улыбнуться. Атмосфера немного разрядилась.
— Десятник, — обратился я к Соколову. — Раздели рекрутов по группам и включи в общую программу тренировок. Пусть начнут с базовых упражнений.
Тот кивнул и начал распределять новичков. Вскоре тренировочная площадка заполнилась парами, отрабатывающими базовые приёмы рукопашного боя. Моё внимание привлёк шумный новобранец — коренастый крепыш с куцей тёмной бородёнкой, который громче всех комментировал упражнения.
— Да у нас в Иванищах и без этих ваших… финтов Бездушных бьют, — покачивая головой, вещал он, лениво повторяя движения за инструктором. — Я вот топором с одного удара Трухляка пополам рассёк, точно вам говорю.
Наши бойцы молча переглянулись. Я заметил, как Гаврила подошёл к Соколову и что-то тихо сказал.
— Ты, — окликнул Соколов крепыша, — раз ты такой умелец, покажи нам своё мастерство. Спарринг без оружия.
Говорливый рекрут самоуверенно усмехнулся, поигрывая мышцами и выходя в центр площадки.
— Я — Иван. А ты не переживай, парень, обойдёшься синяками, — подмигнул он Гавриле, который спокойно занял позицию напротив.
Я отметил, как изменилась стойка молодого охотника — незаметно, но фундаментально. Плечи чуть опустились, центр тяжести снизился, взгляд стал отстранённым, почти скучающим.
— Начали! — скомандовал Соколов.
Иван бросился вперёд с размашистым, мощным, но неуклюжим ударом.
