Ефим пошёл впереди меня по извилистой тропинке, ведущей к лесу, постукивая своей резной тростью по земле. Время от времени он поглядывал через плечо, проверяя, не отстаю ли я. В его взгляде читалось плохо скрываемое торжество.
— Неспешно, Макс, неспешно, — приторно произнёс он, когда я чуть прибавил шагу. — Куда торопишься-то? Лес от тебя никуда не денется.
Я молчал, переставляя ноги по утоптанной земле. Мешок на плече был не особенно тяжёлым. А вот ловушку и удочку нести было чуть неудобно.
— Знаешь, Макс, — внезапно заговорил староста, остановившись у поваленного дерева, — я всё думаю об отце твоём.
Хороший был Зверолов, не спорю. Сильный. Только вот куда его сила привела, помнишь?
Не удержался от подколок. Пытается вывести меня из себя? Что он хочет проверить такими вопросами?
Такой радости не доставлю.
— Помню, хорошо, когда сила передаётся по наследству, правда? — коротко ответил я.
— То-то же, — кивнул Ефим, поглаживая рукоять трости, но тут до него дошёл смысл моих слов и он нахмурился. — Не повторяй его ошибок! Не заблуждайся! В лесу много чего водится, а ты… ты ведь ещё неопытный.
Береги себя.
В его голосе прозвучала такая фальшивая забота, что мне захотелось рассмеяться. Но я лишь кивнул и спросил:
— А если я такой больной, не переживаете, что меня сожрут звери и растащат заразу по всему лесу, м?
— Эта хворь так не действует, я же уже говорил, — сокрушённо покачал головой староста. — Думаешь мне всё это нравится? Вовсе нет. Так что даже навещу тебя, принесу что-то полезное, чтобы тебе было проще там.
— Лучше бы сразу дал, — хмыкнул я."
"— Да ведь кто ж знал, кто ж знал, — вновь покачал головой староста, — Ты же сам слышал лекаря, времени нет. Так что первые деньки придется тебе побыть с тем, что собрал.
Я внимательно посмотрел на Ефима. Как же там сказала Ирма? «Дряблая лиса»?
Хитёр старик.
Мы дошли до опушки. Здесь кончалась протоптанная тропинка и начинался настоящий лес — тёмный, густой, полный шорохов и теней. Деревья стояли стеной, их кроны переплетались так плотно, что солнечный свет едва пробивался сквозь листву.
Ефим остановился, опёрся на трость и указал вглубь леса:
— Видишь тот высокий дуб? — он показал на могучее дерево с расщеплённой молнией кроной, возвышавшееся над остальными. — Иди к нему, а там держись правее. Дойдёшь до ручья с каменной переправой — там уже недалеко. Хижина стоит на поляне, не промахнёшься.
— Понял, — кивнул я, запоминая ориентиры. Дуб хорошо виден, до него добраться несложно.
