– Мама кокетливо поправила волосы. – Эх, и я еще молодая совсем. Прямо не стыдно стоять рядом с такой взрослой дочкой – пусть все думают, что ты только школу окончила. Что за вода-то?
– Я ж говорю – заговоренная. Сначала принимаешь ванну с той, что в маленькой бутылочке. Но она опасная, мертвая, так что ее чайную ложку на ванну. Потом воду слить, снова набрать и четыре столовые живой добавить, из большой бутылки. И еще полчаса полежать. Ну, и папа… Здоровенькие станете и омолодитесь.
– Подлиза! – Мама обняла меня.
– И привет, я соскучилась. А то меня твои спутники так ошарашили, что я даже поздороваться забыла.
– Это они могут. – Я рассмеялась. – Ладно, давай за стол. А то мы рано выехали, есть хочется.
Во время обеда мама потчевала гостя, не забывая умиляться Марсу и подсовывать ему вкусные кусочки. Даже мой сдержанный папа под столом тихонько совал ему куски мяса. Мама ругалась, что он балует Викиного пса, и сама тут же подзывала щенка к себе.
– Марсик, ты не бери у него мясо, ты же Викин собак.
Вот, я тебе сама дам хороший кусок. Смотри, совсем нежирный.
Марс был негордый, вниманием избалованный еще в Замке, а потому благосклонно принимал подношения с обеих сторон и хитро косил на меня фиолетовым глазом. Как же в гостях брюшко не набить?
А мама, не делая пауз, обращалась уже к Рилу:
– Эрилив, и вы кушайте. Пироги сегодня очень удались, давайте я вам еще салатика подложу. И вот мясо, мясо еще не забудьте.
Мой телохранитель сдержанно улыбался, вежливо кивал и пытался осилить хотя бы половину того, что мама в душевном порыве наложила ему в тарелку.
– Эрилив, а хотите, я вам покажу Викины фотографии? – завела мама свою любимую песню, как только мы выбрались из-за стола.
– Мама! – взвыла я.
– А ты иди посуду пока помой. Нечего тебе тут сидеть, что ты в своих фотографиях не видела!
– Рил, не соглашайся, – шепотом попыталась я воззвать к разуму лирелла. – А то тебе сейчас будут показывать все мои фотографии, начиная с младенческого возраста."
"– А я с удовольствием посмотрю на твои фотографии, – хитро подмигнул мне блондин.
– Особенно в младенческом возрасте.
– Вот видишь, Вика? Иди, иди… Нам и без тебя хорошо. Присаживайтесь, Эрилив. – И мама вынула из шкафа стопку альбомов.
Все… Для общества они теперь надолго потеряны.
– Пап, пойдем? Марс, и ты…
– Куда?! – оторвалась от фотографий мама. – Марс останется с нами! Марсик, иди сюда, мой мягонький. Я тебе покажу, какая твоя хозяйка была в детстве хорошенькая.
