Некоторое время он сидел как изваяние и, не мигая, рассматривал фотографию. Затем убрал ее обратно и, выйдя из-за стола, шагнул к двери. Затаил дыхание, прислушиваясь.
Тихо.
Он удовлетворенно выдохнул.
В последнее время мама сильно сдала, изменившись как морально, так и внешне. Ее все чаще подводила память, глаза были постоянно красны от слез, кожа усохла, став похожей на старый пергамент.
А еще она стала задавать Артуру странные вопросы.
Вопросы, которые ему совершенно не нравились и утомляли его.
Он надеялся, что мама прекратит лезть в его личные дела. Но если она не прекратит…"
"Взгляд молодого человека остановился на гантелях, аккуратно стоявших у шкафа. Пожалуй, сегодня он устроит себе тренировку. Поприседает, поотжимается, покачает пресс…
Да.
В этом вопросе самое главное – система. Так всегда говорил отец. Иначе толку от нерегулярных занятий спортом не будет.
Потому что силы ему очень пригодятся.
* * *– Ну, пожалуй, на сегодня все.
Ирина Леонидовна вытерла руки полотенцем, с удовольствием глядя на большой дубовый стол, заставленный всевозможными блюдами.
– Спасибо тебе, Вера, за помощь, – поблагодарила она соседку. – Сама бы я до ночи возилась.
– Да брось ты, Ир, – отмахнулась полная женщина лет пятидесяти. – Твои-то когда прилетают?
Ирина Леонидовна сдвинула брови, вспоминая рейс самолета, которым должен был лететь ее сын с молодой женой и их годовалой дочкой.
– В семь двадцать прибытие. Пока багаж, то да се, дорога в Каменск… Думаю, только к десяти будут.
– Ну добро. Ладно, пойду я, – засобиралась Вера, и пожилая женщина поднялась, чтобы проводить соседку.
На аккуратной дорожке, выложенной гранитной плиткой, их с восторженным тявканьем встретил кучерявый комок белоснежной шерсти – крохотый песик породы ши-тцу.
– Гоша, не путайся под ногами, – строго велела Ирина Леонидовна.
Вера вышла за ворота и, улыбнувшись, помахала рукой на прощание хозяйке дома.
– Приходи завтра! – крикнула ей вслед Ирина Леонидовна, и та кивнула.
Облизываясь и пофыркивая, Гоша с любопытством выглянул за ворота.
– Пойдем домой, – позвала Ирина Леонидовна. Она уже начала закрывать дверь, как внезапно ее взгляд задержался на почтовом ящике, привинченном к воротам. Сквозь симметрично расположенные отверстия железной коробки что-то белело, и Ирина Леонидовна недоуменно пожала плечами. Что это? Газет она не выписывала, рекламные агенты сюда почти не захаживают.
