Так вот, я вколотил этот боевой «сувенир» парню молотком прямо в лоб. После этого он прожил еще целый день, только лежал и тихонечко плакал. А к вечеру, как говорят североамериканские индейцы, отправился в Долину снов.
– Зачем… зачем ты мне все это рассказываешь? – всхлипнул Артур."
"Малышев бросил череп на цементный пол и с силой опустил на него ботинок. Раздался приглушенный хруст, по белой кости пошли трещины, но Сергей не останавливался, с молчаливым ожесточением продолжая крошить череп ногой. Лопнула челюсть, из которой выскочило несколько зубов, пораженных кариесом.
Вскоре на полу белела горстка осколков костей вперемешку с зубами.
– Я просто хочу, чтобы ты понимал, что бывает с тем, кто пытался поднять на меня руку, – мягко произнес Малышев. – Я нашел в твоем рюкзаке маскарадный костюм, Арчи. Ты что, хотел меня напугать? Клоуняшка хренов.
Артур ничего не ответил. Он хрипло дышал, глядя на отца расширенными от ужаса глазами.
– Ты совершил массу ошибок, – сказал Сергей, поднимаясь с табурета.
– Ты мог бы расправиться со мной миллион раз. Особенно в те дни, когда я еще тебя не подозревал в убийствах. Но ты решил обставить все торжественным пафосом, что на деле вылилось в дешевый фарс. Придумал какие-то черные розы, фуражку прислал… Хочешь быть клоуном? Я тебе организую это, сынок.
– Папа… – тихо промолвил Артур. – Я ничего не помню…
Малышев опустил ладонь, грубую, как заиндевевшая доска, на плечо сына.
– У тебя будет время вспомнить, Арчи. Пошли.
Губы парня скривились, из глаз полились слезы.
– Папа… пожалуйста, – заплакал он и, подавшись вперед, неуклюже свалился с табурета.
– Не ной, – строго приказал Сергей. Схватив Артура за шиворот, он с силой развернул его на сто восемьдесят градусов. Впереди стали видны контуры толстых прутьев, и Малышев поволочил его туда.
– Пожалуйста… – захлебываясь слезами, заревел Артур.
– Смотри внимательно, – прошипел Сергей. Схватив за волосы сына, он едва не ткнул его лицом в массивную клетку. – Смотри внимательно, Арчи, потому что отныне это будет твоим домом.
С этой минуты до твоего последнего вздоха.
Он вынул из кармана камуфляжных штанов складной нож и, выдвинув зубами лезвие, ловко разрезал липкую ленту, которой были замотаны ноги Артура.
– Когда закрою клетку, протянешь руки, и я разрежу скотч, – сказал Сергей.
– Па… па… Папа, не надо! – продолжал рыдать Артур. – Я люблю тебя!
Малышев сильным пинком отправил его в клетку. Споткнувшись, парень упал, больно ударившись бедром об пол.
