— Депозит открытого счёта не покроет всех расходов на прерывание беременности. И раз уж ваша пара приняла такое решение, то я бы рекомендовала не уезжать домой, а оплатить ещё стационар на пару дней.
— Какое прерывание? — воздух застревает в горле, а спину сковывает судорогой.
— Девушка сказала, что вариант вынашивания беременности вы не рассматриваете. — Напрягается голос женщины ещё сильнее. — Если для вас, Сергей Валентинович, новость о беременности стала сюрпризом, то настоятельно рекомендую вам не запрещать девушке процедуру.
Хотите ребёнка — уговаривайте, просите, или в противном случае она все равно прервёт беременность, но с большим риском для здоровья.
«Какого, нахрен здоровья!? Какое прерывание?» — только мой временный шок спасает врачиху от отборного и трёхэтажного.
— До свидания… — выдавливаю из себя, и понимая, что говорить больше не в состоянии, опускаю трубку от уха.
Внутри меня закипает что-то очень страшное, сильное, болючее… Оно поднимается, как пена, из горлышка бутылки.
Давит на уши, рубит пульсом, душит, заставляет глотать ртом воздух и, наконец, взрывается совершенно неконтролируемой вспышкой агрессии.
— Сууука!
Телефон улетает в стену. Кружка с кофе падает на пол и растекается темным месивом из осколков и гущи.
Я убью тебя, маленькая дрянь! Пристегну к батарее.
Выносишь, родишь и только тогда пойдёшь отсюда на хрен!
Мляяя…. Я съезжаю с дивана на пол и обхватываю голову руками, потому что надо взять себя в руки и начать думать.
Думать, мать твою, Северов! Потому что ты отвечал за неё, когда делал женщиной.
И это ты можешь спокойно отключаться из отношений, как равнодушная скотина, а она не может.
Адреналин накатывает новой ослепляющей волной, и я в психе луплю диван.
Не позвонить даже. Экран телефона разбит в мелкую паутину.
Что вообще можно сказать девочке в этой ситуации?
«Ты извини, но мне так вставляло брать тебя без резинки, что тебе теперь придётся рожать. Как это почему? Потому что, млять, это мой ребёнок! И я так сказал!»
Долбаное дежавю…
Да, черт! Один раз реальный косяк только был.
Утром.
Но я был в отключке. Действовал на инстинктах. И слишком долго хотел девочку и ждал. Извела меня просто.
Стремно вышло. Эгоистично. Но я не верю, что она не понимала, что делает. Очень понимала. Хотела. Отдавалась. Как мужика своего и хозяина признавала.
«Аааа!» — наношу еще несколько ударов по дивану.
Это она тебя придумала, Северов. Идеального. Так смотрела, что ты сам в это поверил.
