Я как-нибудь сама решу… Ей плохо станет.
— Так, ну вот что, — я говорю решительно, понимая, что сейчас должна поступить именно так, а вот общаться или нет — буду решать потом. — У меня завтра запись к хорошему врачу. Пойдёшь на мое время. И я попробую попросить Сергея тебе помочь. — Перевожу дыхание, не зная, что ещё сказать, и просто чтобы поддержать, глажу Олесю по руке. — Ты извини. Честно говоря-ничего в этой теме не понимаю… Но когда задумывалась, была уверена, что обрадуюсь.
— У тебя так и будет, Сонечка, — вымучено улыбается Олеся.
Меняется в лице и снова срывается в одну из кабинок.
Я достаю телефон и набираю номер клиники.
— Алло, здравствуйте. Подскажите, пожалуйста, а можно в завтрашней записи к Ярцевой изменить фамилию пациента?
Глава 48. Нет или да.
Сергей
— Алло, — сонно выдыхаю в трубку и пытаюсь разлепить глаза.
На грудь давит плед. Не помню, чтобы укрывался… Скольжу пальцами по пуговицам мятой белой рубашки и вспоминаю, что вообще вчера только присел на диван.
Собирался ещё в душ сходить и в постель к Соне прийти, но, видимо, не дошёл.
— Сын? Ты спишь? — из динамика раздаётся возмущённо-удивленный голос матери. — Время двенадцать часов дня! У тебя все так плохо или ты там совсем уже края не видишь?
— И тебе доброе утро, мамочка! — саркастически хмыкаю и пытаюсь покрутить головой. Почти не болит. Хороший, значит, коньяк был.
— Нет, Сергей, утро — это восемь часов, а сейчас-уже обед! Так ты не ответил на вопрос! — повторяет требовательно.
— Буквально до вчерашнего дня все было очень, очень хреново, а теперь — все хорошо, — говорю честно. — Открой бутылочку, помяни своего друга старинного.
— Серёжа… — тихо сникает, — а иначе… (о, Господи) нельзя было?
— Нет, нельзя, — говорю устало и немного агрессивно.
— Ох, мальчики… — я слышу, как она садится на диван. — Может быть, ну ее эту Россию? Приезжай. Девочку тут себе найдёшь, внуков мне родите. А с твой хваткой везде заработаешь.
— Нашёл я уже, мам, — говорю уверенно, радуясь смене темы. — И ты теперь к внукам сама сможешь приехать спокойно.
— Какие внуки, сын? — переспрашивает удивлённо и строго. — Ты же развёлся!
— Влюбился, — ухмыляюсь. — Она чем-то на тебя похожа. Создаёт проблемы и выживает исключено благодаря моральным принципам.
— Хм… — задумчиво тянет мать. — Она уже беременна?
— Пока нет… Но будет.
— Ровесница? — продолжает мать допрос.
