Когда открылся починок Выродова, Алексей остановил офицеров, а сам отправился на разведку. Бесшумно подкрался к забору и прильнул к щели. Есть! Две брички приткнулись у конюшни. А прямо посреди двора незнакомый верзила справлял малую нужду. С такого расстояния не разглядеть, есть ли у него родимое пятно на левой щеке. Да и не надо… Если сейчас бандит пойдет в конюшню, значит, это рядовой гайменник. Если в дом, то это сам Челдон.
Мужик сделал дело, громко зевнул и скрылся в избе. Ну что, Гаврила Иванов Торчков, мещанин города Мезени, кажись, ты добегался…
Вернувшись к офицерам, Алексей сообщил:
— Гости в сборе! Я только что видал самого Челдона — по нужде выходил.
Капитан со штабс-ротмистром переглянулись, и в глазах обоих зажглись одинаковые огоньки азарта. Не зря приехали! Они тихо зарядились и разошлись на позиции.
Лыков ловко перемахнул через забор, открыл калитку и впустил Бекорюкова. Жестом указал ему место за поленицей, а сам направился к дому. В ноговицах он двигался совершенно бесшумно. Начинало уже светать.
В сенях было совершенно темно. Скорее угадав, чем увидев, дверцу в кладовку, сыщик открыл ее. Громкий храп указывал, что Челдон крепко спит. Прокравшись мимо каких-то корзин, Алексей склонился над сундуком, служащим бандиту кроватью. Постоял с полминуты, примериваясь. Было тихо.
— Эй, Челдон! Проснись! — негромко сказал он.
«Иван» тут же приподнялся на локте:
— Говяш, ты, што ли?
Сильный удар в темя мгновенно оглушил главаря. Тот даже не охнул. Лыков торопливо связал бесчувственное тело, притянув за спиной руки к ногам (известная «утка»), и только тогда вынул револьвер.
Взвел курок, вышел обратно в сени и двинулся к лестнице на сеновал. Половицы под ногами предательски скрипели. По счастью, гайменники никого не опасались и спали крепко. Сыщик подошел, прислушался. Несколько человек сопели на все лады, кто-то бормотал во сне. Алексей встал между лестницей и дверью в избу — хозяева обязательно выскочат на шум. Набрал полные легкие воздуха и рявкнул:
— Рота, подъем!
И тут же выстрелил в потолок.
Что тут началось!
На сеновале поднялась страшная паника. Гайменники повскакали на ноги, и тут по ним с двух сторон открыли огонь из винтовок. Кто-то сразу заорал от боли, кто-то матерился. Не дожидаясь попыток выбежать в сени, Алексей выстрелил еще раз, в крышу сеновала. Обозначил, так сказать, свое присутствие… Возня наверху сразу сместилась в дальний конец, к лесу. Затем послышались глухие удары — это бандиты сигали сверху через забор.
