Они долго смотрели друг другу в глаза.
– Пойдём на пляж, – тихо сказал Леон, и Карима кивнула.
Леон без труда отыскал дорогу к морю: пассат, постоянно дующий с северо-востока, указывал ему путь.
Солнце почти зашло, и тёмно-серый пляж совсем опустел – даже сёрферов в воде не осталось. Только песок был ещё тёплым. Пока они с Каримой выбирали, где бы присесть, Леон мысленно поискал Люси. Он тут же почувствовал её присутствие – напарница отдыхала.
– У нас появилась компания, – сообщил он, поделившись с Люси воспоминанием о встрече с Каримой.
– Мегаславно, – обрадовалась Люси, без слов пожелав ему удачи.
Сидеть рядом с Леоном на пляже было непривычно, но так здорово! От него пахло морской водой и чем-то терпким, ароматным – соком какого-то растения? Карима сразу заметила, что Леон изменился: держится увереннее, уже не такой застенчивый и погружённый в себя. Покинув станцию, он стал сам распоряжаться своей судьбой, и это пошло ему на пользу.
Они вместе смотрели на море, прислушиваясь к шуму прибоя.
Потом Леон повернулся к Кариме:
– Как ты вообще выяснила, где я?
– На Гавайях не так уж много долин, где живут чокнутые. – Она пожала плечами.
– Вполне подходящее место для таких, как я, – усмехнулся Леон.
Карима улыбнулась в ответ:
– Когда мать заметит, что я взяла машину, то, наверное, выскажется обо мне в таком же духе.
Леон помолчал, глядя на море, а Карима украдкой разглядывала его резко очерченный профиль. Потом он снова заговорил – так тихо, что из-за рёва волн его шёпот едва можно было расслышать:
– Когда я тебя увидел, у меня сердце замерло.
У Каримы сердце колотилось как бешеное:
– Я… я… удивлялась, почему ты больше не пишешь. Но когда ты позвонил…
Он снова посмотрел на неё – в его зелёных глазах читалась озабоченность:
– Из-за меня у тебя будут неприятности.
Они вдруг заулыбались неизвестно чему.
– Знаешь, что я сделала? Притворилась больной, даже симулировала за завтраком приступ тошноты, чтобы мы не улетели домой раньше времени.
Леон улыбнулся ещё шире:
– Ничего себе! Жаль, я этого не видел.
Карима захихикала:"
"– Пожалуй, сгодилось бы на роль в каком-нибудь второсортном фильме. Только там ещё надо набрать в рот горохового пюре и в нужный момент выплюнуть. – Карима удивлялась, как быстро между ними восстановилась привычная близость. – Давай обработаю тебе рану, – сказала она. – А то стемнеет – приклею пластырь не туда.
– Боюсь, понадобится не один пластырь, а целых четыре. Сейчас сама увидишь.
