Даже слово «айситеру», что означает «я люблю тебя», редко произносится в семьях из-за давления, которое оно оказывает на отношения. Но я бы с радостью повторял это каждый час каждого дня до конца своей жизни.
Вид ее раненого и уязвимого тела вызывает у меня боль в груди, которую я не могу игнорировать.
— Навсегда и всегда, — шепчу я ей на ухо. — Я буду любить тебя и соблюдать свои нечестивые клятвы.
Вечно и навсегда.
ГЛАВА 29
Эвелин"
"Кензо выглядит так, будто не спал несколько дней. Он смотрит на меня так, будто сделает все, что я попрошу.
В его глазах боль и облегчение. Части того, что произошло, до сих пор неясны, но они медленно возвращаются ко мне.
— Я сообщу медсестре, что ты проснулась, — он сжимает мою руку и переводит взгляд на мой живот.
— Что такое? — он что-то скрывает от меня. Я знаю, что так и есть. Я не спала меньше суток и уже могу сказать, что он хранит секреты. Ладно, проснуться — это натяжка. Я то приходила, то выходила из этого, но я помню большую часть коротких промежутков времени, когда я бодрствовала.
— Давай подождем, пока придет врач, — говорит он мне. Не желая заходить дальше и рисковать спорить, я киваю головой. Кензо улыбается, достает телефон и пишет кому-то сообщение.
— Воды, — говорю я, во рту у меня пересохло. Кензо берет с бокового столика пенопластовый стаканчик и подносит соломинку к моему рту.
— Небольшими глотками.
Мне хочется жадно проглотить все это, но я знаю, что он прав. Когда я заканчиваю, он ставит чашку обратно на стол.
— Кензо, — нерешительно я облизываю губы. — Мне нужно кое что тебе сказать, — я тережу пальцами. — Твоя мама… она… — его глаза резко поворачиваются, когда он качает головой.
— Я знаю, искорка, — опасно шепчет он. — Джиа поняла это, когда расшифровала недостающую часть наблюдения со свадьбы. На ней был гребень, который она тебе дала.
— Гребень Медузы, — шепчу я. Кензо кивает.
— Я знаю все о предательстве, — он прочищает горло. — И мой… мой отец.
— Ох, Кензо…
— Доброе утро, — входит доктор с дружелюбной улыбкой, медсестра следует за ним.
— Как вы себя чувствуете?
— Не так уж и плохо, — говорю я ему честно.
— Где болит? — спрашивает он, начиная меня осматривать.
— У меня болят ребра и голова, но по большей части все остальное похоже на белый шум.
Пока врач меня осматривает, Кензо стоит с другой стороны кровати и наблюдает, как ястреб. Врач проходит ряд обследований и тестов, чтобы убедиться, что все работает правильно.
